Алексей Морозов: «Нас всех ждёт очень интересный сезон»

— На каком основании «Шанхайские Драконы» переехали в Санкт-Петербург после формирования календаря, который уже был опубликован?
А.М.: — Там сменилось руководство, мы его знаем давно — это руководители чемпионского «Авангарда», у них тоже был опыт переезда из Омска в Балашиху. Он сложился удачно, «Авангард» выиграл Кубок Гагарина. Команда очень хорошо маркетингово работает. После того, как СКА переехал обратно в «Ледовый», «СКА Арена» освободилась, и руководство решило, что будет более выгодно играть в Санкт-Петербурге, на большом современном стадионе, проводить там домашние матчи и раскручивать новый бренд. Как вы видите, изменились и логотип, и название, всё стало совсем по-другому. Были изменения, пришлось взять дополнительное время, чтобы переделать календарь. Но у нас это лето не только по переходам насыщенное, у нас и команда «Витязь» потерялась. С ним тоже уже был готов календарь, но пришлось перестраиваться и опять переделывать его. Мы переделывали календарь три раза, потому что стало 22 участника вместо 23, «Ладу» перевели из Восточной конференции в Западную. Столкнулись с задачами, которые надо было срочно решать. Мы понимаем, что все хотели получить календарь раньше, чтобы планировать выезды. Мы справились и выдали календарь заранее до дэдлайна.

— Случай «Салавата Юлаева» и Джошуа Ливо — уфимцы подали документы с целью аннулировать контракт. Позднее вы говорили, что Лиге требуется время изучить ситуацию. Кто здесь прав и кто виноват?
А.М.: — Когда об этом стало известно, мы связались с обеими сторонами — с клубом и с агентом — выяснили ситуацию, как было на самом деле. Да, нет визы, задержка, не приехал в срок, команда уже тренируется, есть недовольные ребята. Менеджментом «Салавата Юлаева» было принято решение о аннулировании контракта. Мы проговорили с каждой из сторон, какие будут последствия, какие есть выходи из ситуации. Если б все продолжилось, агент с игроком вынуждены были бы сначала пойти в Дисциплинарный комитет и всё оспорить, потом комитет вынес бы решение. Всё это занимает время. Услышав наши консультации, стороны решили, что будет удобнее расторгнуть контракт по соглашению сторон. Здесь, наверное, сыграла работа менеджмента «Салавата Юлаева», работа агента, который быстро нашел Ливо трудоустройство. Стороны не захотели заходить в юридические рамки, судиться или решать в других инстанциях, договорились, и, как вы знаете, Ливо играет в другой команде, готовится к новому сезону на хорошем контракте.

— В «Сочи» началось с того, что произошли перемены, назначили тренера, потом его буквально выбросили на улицу, сменили руководство, и этот тренер сейчас без работы. Как вы к этому относитесь, к подобным ситуациям? Будет ли Григоренко работать в «Сочи»?
А.М.: — Конечно, это очень неприятная ситуация — сначала подписывают контракт, потом тут же расторгают, хотя тренер даже не поучаствовал в тренировочном процессе. У Вячеслава Козлова уже накопился большой опыт, он давно работает, и это был его шанс проявить себя на посту главного тренера. Конечно, это нас не радует. Но мы понимаем, что приходит новое руководство, и было принято решение пойти другим путем, поэтому контракт был расторгнут. Там уже новый главный тренер, другой тренерский штаб. Мы защищаем права тренера, он получит компенсацию за расторжение контракта, хоть и не провёл ни одной тренировки. Здесь такая ситуация — к сожалению, из-за того, что поздние изменения происходили в руководстве. По Игорю Григоренко мы на связи — как только получили уведомление из РУСАДА, я связался с Игорем, он рассказал, что было, как произошло. Мы вынуждены на данный момент отстранить его, потому что по российским законам подчиняемся ВАДА и РУСАДА. Пусть он лучше сам расскажет — конечно, он не согласен с этим решением и будет разбираться в юридических инстанциях.

— Были ли у Лиги основания заблокировать обмен между СКА и «Спартаком»? Как питерцы взяли Голдобина из списка отказов?
А.М.: — Здесь всё было чисто, мы тоже за этим следили и просматривали. Голдобин является исключением, он прошел четвертым игроком в СКА, но с драфта отказов и с неограниченно свободным агентом по возрасту, не имеющим контракта. Это по регламенту не учитывается в «правиле трёх», переход состоялся на 100 процентов по регламенту КХЛ. А обмен, который произошел далее — наверное, СКА нужно было освободить деньги, «Спартак» искал какое-то усиление, здесь тоже не было никаких нарушений — ни «правила трёх», ни потолка зарплат. Обмен прошёл полностью по регламенту КХЛ, придраться нам было не к чему.

— Гусев большую часть предсезонки тренировался на просмотровом контракте. Насколько это правильно, когда лидер команды тренируется как игрок, который из ВХЛ только планирует прийти? Насколько Лига планирует пресекать это в дальнейшем?
А.М.: — Здесь тоже ход менеджмента — возможно, ранее они допустили ошибку, может, это было их планом. Когда они начинали тренироваться, Гусев не мог подписать полноценный контракт, потому что было бы превышение потолка зарплат. Мы бы не разрешили ему тренироваться, не зарегистрировали контракт. Но так как игроку надо готовиться к сезону, он горел желанием, были договоренности, что подпишут, но надо было освободить деньги из-под потолка, динамовцы применили такой ход, подписав его на просмотровый контракт. Мы не могли запретить Гусеву готовиться к сезону вместе с командой. После того, как «Динамо» произвело несколько ходов, обменов, расторжений, всё это было по регламенту, он подписал полноценный контракт. В прошлом году мы обсуждали несколько контрактов, которые позволяют игроку заработать хорошие деньги, но через бонусы, став одним из трёх лучших по голам, очкам или показателю «»плюс/минус» Такой ход динамовцы произвели, дав Никите возможность полноценно готовиться к сезону.

— В Лиге долгосрочные контракты редко дорабатываются до конца. Не думаете ли вы, что стоит отменить пятилетние контракты?
А.М.: — Мы наоборот были за и радовались тому, что пятилетние контракты всё-таки подписываются. Хотелось бы, чтобы кто-то стал первым игроком, доигравшим пятилетний контракт, но пока этого не случилось. Уже было несколько таких расторжений. Здесь многое стоит на весах — чемпионство, плюс руководство меняется, приходят новые люди, и так происходит. Будем думать об этом, не хотим запрещать подписывать пятилетние контракты. Наоборот каких-то игроков это больше успокаивает, а если они возрастные, можно добавить пункт без обмена. Будем встречаться нашей рабочей группой и проговаривать эти случаи с клубами, думать, что с этим делать, чтобы эти контракты работали в долгую. Понимаю игроков — когда на ближайшие пять лет чувствуешь себя комфортно и защищенно.

С.Д.: — Наоборот, мы всегда поддерживали, пытались различными регламентными мерами или стимулирующими методами призывать к долгосрочным контрактам как с тренерами, так и с игроками. Все видят, как это работает за океаном. Понимаем пример «Локомотива», что нужно время, чтобы построить чемпионскую команду. Истории, когда тренер и состав набираются на один сезон, за это время не показали нужного результата, и после этого меняется и тренер, и половина команды, нас немного не устраивают. Это не дает той нужной стабильности, возможностей для развития в том же маркетинге, потому что клуб коммерческую стратегию должен строить на игроках, на звездах, которых он раскручивает. По своим направлениям вижу от клубов, когда разговариваю с коммерческими службами и спрашиваю, почему вы не инвестируете в раскрутку игроков, их популяризацию, они говорят — «а смысл, мы год будем в него вкладывать, а через год он будет играть в другой команде». С точки зрения Лиги для нас это важно, мы пятилетние контракты поддерживали и будем поддерживать. К сожалению, пока не случилось такого, чтоб кто-либо отработал долгосрочный контракт до конца, но мы будем надеяться, что это произойдет, и такая практика станет скорее нормой, чем исключением.

— По поводу Голдобина и его перехода в СКА — первым из списка отказов по очереди мог брать игроков «Барыс». Но в отношении этой ситуации было много слухов. Можете об этом рассказать? И в июле у вас была встреча с руководством «Барыса», к чему пришли в ходе переговоров?
А.М.: — Слухи мы не комментируем, но есть правило, по которому команда, находящаяся ниже в турнирной таблице, могла первой взять игрока. По лесенке все шло, дошло до СКА, питерцы сделали предложение, подняли флажок интереса к Голдобину, больше внизу никого не было, поэтому он перешёл в СКА, здесь никаких нарушений. С «Барысом» мы встречались, разговаривали. По спортивной части проговорили много нюансов, познакомились с руководством, узнали планы. Предыдущее руководство присылало письма, что уходит и из МХЛ. А детская школа играет в Свердловской области и воспитывает детей там. Новое руководство заверило нас, что видит огромный потенциал развития совместно с КХЛ и МХЛ. Те ошибки, которое допускало предыдущее руководство, нынешнее руководство видит, знает и будет их постепенно исправлять. Как вы видите сейчас, идут подписания, новый серьезный тренер, уже поработал в командах КХЛ, всем знаком. Надеемся и верим, что в будущем сезоне «Барыс» покажет совсем другой хоккей.

С.Д.: — Здесь взгляды «Барыса» на развитие и на то, что нужно делать, абсолютно понятны и нами поддержаны. Астанчане видят большую проблему, что сильно упала посещаемость, это связано не только со спортивным результатом. Поэтому первоочередной задачей для себя они считают возвращение аудитории. Сейчас главная цель — вернуть болельщиков на трибуны для поддержки команды, потому что это, в том числе, влияет и на спортивный результат. Помним, как во время пандемии играли без болельщиков, и это совершенно другой хоккей. Планы «Барыса» нам абсолютно понятны, мы их полностью поддерживаем. Желаем удачи, будем помогать всем, чем можем, с точки зрения маркетингового и коммерческого направления, там сейчас нужно привлекать спонсоров, делать больше активаций для аудитории. Пока на словах, глядя на то, что коллеги в «Барысе» делают, есть надежда, что все будет хорошо.

— Лига как-то будет сокращать заявки игроков на двусторонних контрактах? В прошлом сезоне игроки отмечали, что весь сезон играют с одной командой, а в плей-офф команды отпускают игроков, и состав меняется.
А.М.: — Вы, наверное, про МХЛ больше говорите, потому что в ВХЛ тяжело подгадать, не все клубы участвуют. Здесь мы смотрим на то, что сильнейшие должны играть, а если они подходят по возрасту и статусу контракта, невозможно пересматривать это. Как правило, это молодые ребята до 20 лет, которые еще не готовы подписывать односторонние контракты. Некоторые, конечно, могут по мастерству, но так как у них есть двусторонние контракты, они заиграны за молодежную команду и провели большую часть в КХЛ, и если команда вылетает из плей-офф, и он имеет право играть в МХЛ, то почему бы и нет. Этому мальчику, спортсмену эти игры в плей-офф дадут больше развития, чем если бы он тренировался или отдыхал в команде КХЛ. Здесь мы поддерживаем, пусть сильнейший выявляется, когда играют все самые лучшие хоккеисты МХЛ. Ничего в этом страшного нет, вы видели последний чемпионат МХЛ, когда СКА и «Спартак» уже вылетели из плей-офф КХЛ, и спустили своих игроков в молодёжные команды — посмотрите, какой финал получился с 3-0 на 3-3, седьмая игра. Ребята через такую серию быстрее делают шаг в развитии.

С.Д.: — С маркетинговой точки зрения это тоже дает популярность чемпионату МХЛ, мы заинтересованы в его развитии и популяризации. Когда туда спускаются хоккеисты, поигравшие в КХЛ, они и аудиторию команд КХЛ за собой приводят. Вспоминая прошлый плей-офф МХЛ, это были полные трибуны больших дворцов, «Мегаспорта» и стадиона в Питере. И из позапрошлого сезона мы знаем, что есть команды МХЛ, которые совершенно спокойно собирают дворцы команд КХЛ — это и «Локо», и «Сибирские снайперы», по 9-10 тысяч человек приходят на эти матчи. Нам это выгодно, потому что эти игроки занимаются популяризацией молодежки.

— Сергей Андреевич, вопрос к вам — вы сказали, что каждая ситуация с контрактом, когда игрок идет на понижение зарплаты, индивидуальна. Но болельщики уверены, что всё это нечестно. Как это объяснить людям? Не хотите ли вы в регламенте изменить бесконечные бонусы для обладателей Кубка Гагарина, потому что чемпион, как правило, на следующий сезон подписывает игроков на меньшие суммы?
С.Д.: — Расскажу пример, который наблюдал лично с подобными переподписаниями. Я не просто так сказал, что каждый случай надо смотреть индивидуально, потому что были примеры, когда нескольким игрокам представители Лиги звонили с вопросом «почему ты пошел на переподписание с понижением?». Были случаи, когда человек говорил, что оставался год или два контракта, а ему предложили понизить, но за это продлить на три-четыре года, и принял решение, что лучше поиграть здесь. Или большую сумму кладут в бонусы, и суммарно он понимает, что у него есть шансы выполнить эти бонусы, и тогда он получит более серьезную сумму, чем получил бы, не переподписав контракт. Поэтому все случаи индивидуальны, можно много дискутировать, задать, например, этот же вопрос игрокам и послушать их версии, они абсолютно разные, и у каждого своя причина. Касательно бонусов финалистам вопрос хороший, мы над ним думали и дискутировали, есть один из сценариев, который мы будем обсуждать на рабочей группе — нужны ли ограничения по бонусам для обладателя Кубка Гагарина такие же, как мы ввели в последние сезоны за второе и третье места, этот вопрос можем обсудить.

А.М.: — Интересный вопрос. Всё индивидуально — расскажу пример Никишина: когда мы получили информацию, что он расторгает контракт, я с ним лично поговорил. Спрашиваю — объясни мне, в чем твоя выгода? Он: «Алексей Алексеевич, смотри, я сделал вот так и вот так, потому что если будет вот так, то у меня всё сложится хорошо». Так и сложилось, он получил выгоду от переподписания контракта. Как он говорил, так и случилось. По поводу бонусов — сейчас регламент изменился, за выход во второй раунд и последующие стадии плей-офф клубы имеют возможность дополнительно премировать своих игроков, эти командные премии не входят в потолок зарплат. За первое место у нас нет ограничений, но мы проработали раньше, что нельзя платить большие бонусы конкретным игрокам, а потом подписывать их за маленькие деньги. Такого большого разрыва, что можно выплатить контракт заранее, нет. Возможна какая-то манипуляция несколькими миллионами рублей, но на практике в этом году не заметили того, что было бы злоупотреблением нашим регламентом.

— Сейчас работает Стратегия развития КХЛ до 2026 года. Идет ли уже работа по принятию новой Стратегии? Будет ли в ней записано повышение потолка зарплат?
А.М.: — Буквально вчера мы собирались топ-менеджментом и намечали план действий по подготовке следующей Стратегии. Конечно, институт потолка зарплат обязательно там будет. За то, что у нас такой интересный чемпионат, нужно сказать спасибо Дмитрию Николаевичу Чернышенко, который со своей командой ввел потолок зарплат. Он работает, Лига развивается, и чемпионат стал интереснее. Это всё пошло оттуда, мы будем продолжать это направление, развивать и дорабатывать его. Туда входит не просто 900 миллионов, а еще премиальные, бонусы. Большой пласт работы, что надо продумать, мы уже приступили к работе по написанию новой Стратегии. Потом вынесем её на обсуждение Совета директоров, будем проходить этапы, общаться с клубами, получать их мнения по спортивной и маркетинговой частям, по контрактам, по потолку зарплат. Поэтому предстоит большая работа для нас.

— Произошла такая ситуация с «Витязем». На связи ли вы с его руководителями, как они видят его дальнейшее будущее?
А.М.: — Мы плотно общались, когда узнали, что они могут сняться с чемпионата, пытались со своей стороны помочь, дали им время, чтобы распределить игроков, получить какие-то деньги, потому что у них оставались долги перед игроками и работниками. Сейчас эти долги за счет тех денег погашены, остался небольшой «хвостик». На Совете директоров, который пройдёт в начале сентября, будет принято решение по распределению денежных средств за сезон 2024/2025. «Витязь» тоже получит свою долю, потому что он был участником чемпионата, и сможет закрыть оставшиеся хвосты по долгам игроков, тренеров и работников клуба. Остаемся с ним на связи, будем следить за тем, что будет происходить, потому что «Витязь» не объявлял ни банкротство, не закрывался полностью. Пока что он существует, но не участвует в чемпионате КХЛ.

— Можно ли в будущем Лиге обезопасить себя от ситуации, подобной той, что случилась с «Витязем»? Он, по сути, исчез, несмотря на предоставленные гарантии, о которых вы говорили ещё весной.
А.М.: — Гарантии — это не отписка, мы собираем их и тщательно проверяем. Условно, приходит гарантия от какого-нибудь фонда, и наши службы проверяют эти фонды — есть ли там вообще такие доходы, чтобы содержать команду. У «Витязя» были предоставлены официальные хорошие гарантии от хорошей российской компании. У нас сомнений здесь не было, но случилось то, что со многими случалось этим летом — сменилось руководство и направление развития, поэтому пострадал «Витязь». Все пытались помочь, но не смогли так быстро сделать, чтобы он вошел в сезон с финансами. Мы всегда настаиваем, чтобы клуб не зависел от одного спонсора, а вел свою коммерческую деятельность для привлечения новых спонсоров. Если у одного из них изменился вектор развития, то клуб мог бы его заменить другим или пойти на понижение, как «Салават Юлаев» в этом году — бюджет понизился, но он остаётся участником чемпионата.

С.Д.: — Здесь нужно понимать, что вы путаете две вещи. Финансовые гарантии определяют возможность спонсора финансировать клуб в течение нескольких лет. И это именно то, что мы применяем. Если спонсор, скажем так, меняет свое желание и решение содержать и спонсировать клуб, то на это мы, к сожалению, повлиять не можем. Единственное, что могло бы быть в этой ситуации — банковские финансовые гарантии, но они, к сожалению, в нынешнее время стоят довольно дорого. На 15-20 % увеличивать бюджет клуба, чтобы он оплачивал банковские гарантии — это избыточная трата денег, которую мы не можем себе позволить, требуя, чтобы все клубы предоставляли банковские гарантии. Надо не путать финансовые гарантии с точки зрения возможностей спонсора и с точки зрения желания, это всё-таки немного разные вещи. Но, опять же, как мы уже многократно говорили, и это является нашей основной целью на протяжении многих лет — повышение коммерческих доходов клубов именно для того, чтобы уйти от такой колоссальной зависимости от большого глобального титульного спонсора. Понятно, что это не делается за два, три, пять, и, к сожалению, даже десять лет в силу особенностей экономики, но мы планомерно идём этим путём, ежегодно сумма, связанная не с одним титульным спонсором, в каждом клубе растет. Надеемся, что ещё через несколько лет эти суммы будут ещё более существенными, и в ситуации, когда уйдет спонсор, который дает большую часть бюджета клуба, эта часть будет не настолько большая, как несколько лет назад, когда 95 % всего бюджета покрывалась одним спонсором. И найти какую-то замену будет проще, это та планомерная работа, к которой мы идем несколько лет.

— Чемпионский парад «Локомотива» стал резонансной темой. Будет ли Лига помогать или регламентировать проведение чемпионских парадов, чтобы они не проходили в июле или в августе?
А.М.: — Не будем, точно скажу. Каждый выбирает свою дату, когда это проводить. Я через два дня после чемпионства «Локомотива» общался с губернатором, и он задавал мне те же вопросы — какой регламент, когда мы можем проводить, у нас здесь день города, и мы бы хотели. Наверное, не успели, поэтому провели в августе, но это все равно делается для болельщиков. Посмотрите, как он прошел — болельщики собрались, еще раз порадовались. Конечно, сразу, как получилось у «Авангарда», когда он полетел в Омск, было круто и здорово, но регламентировать сроки проведения пока что не стоит. Болельщики довольны, это самое главное — сейчас они придут и будут болеть за свою чемпионскую команду.

— Лига работает на увеличение посещаемости матчей, но при этом СКА вернулся в «Ледовый», «Шанхайские Драконы» заняли «СКА Арену» и планируют закрыть верхний ярус трибун. Как вы относитесь к этому?
А.М.: — Понимаем, что такая большая арена на китайскую команду — заполнить полностью её будет очень тяжело. Знаем, что эта организация умеет делать красиво, поэтому интересно будет посмотреть, как это будет выглядеть. За посещаемость мы действительно боремся, стараемся. И посмотрите даже на предсезонные матчи — трибуны заполнены. Многие критиковали нас за перекрестный плей-офф, зачем он нужен. Но берем прошлый год, «Локомотив» против «Авангарда», какая серия получилась. И уже сейчас на предсезонном турнире матчи этих команд становятся как дерби. Для чего это и было сделано — чтобы все не варились в одном соку, а больше пытались между собой соперничать, чтобы появлялись новые дерби. Думаю, ЦСКА против минского «Динамо» после прошлого чемпионата тоже будет очень интересно смотреть, будет дополнительный стимул для этого противостояния. Боремся не только за посещаемость, работаем для того, чтобы люди даже на предсезонных турнирах заполняли арены, как это было в Омске.

С.Д.: — С точки зрения суммарной итоговой посещаемости от всех этих переездов Лига только выиграет. Мы понимаем, что в Москве есть перенасыщение хоккейных команд, в Питере, наоборот, была только одна. Мы все прекрасно знаем ту команду, которая пришла в руководство «Шанхайских Драконов», каких результатов она добилась в «Авангарде». Это однозначно был лидер по маркетингу, по аудитории, по продвижению в соцсетях и всему, что делал. Не удивлюсь, если к концу сезона с посещаемостью в Питере у «Шанхайских Драконов» все будет хорошо. Хотим их поддержать, они взяли сложный проект, и надеюсь, что с честью и достоинством его разовьют.

— Лига анонсировала второй фильм по финалу Кубка Гагарина. Получается, что у первого такого проекта были хорошие результаты? Как вообще меняется участие Лиги в производстве такого контента?
С.Д.: — Мы ежегодно производим все больше и больше подобных продуктов, их количество колоссальное. По итогам прошлого и этого сезонов собрали презентацию по новым проектам и продуктам, которая получилась почти на сто страниц. Это колоссальный объем. Создание таких документально-художественных проектов лежит и в основе нашей стратегии, это работает на привлечение аудитории, результаты предыдущего фильма нас полностью удовлетворили — и цифры, и рейтинги, и количество просмотров, мы были очень довольны. Продолжили этот проект и будем продолжать делать его ежегодно, будем экспериментировать с разными форматами. Иногда будем чуть больше в спортивную историю уходить, иногда — в художественно-сентиментальную, чтобы попытаться охватить абсолютно разную аудиторию. Призываю всех посмотреть, надеюсь, что получилось не хуже, чем в прошлом году, хочется сказать отдельное спасибо за участие и «Локомотиву», и «Трактору». Было тяжело, нужно понимать, что требуется привлекать для съемок игроков после окончания сезона. Понятно, что есть победители и проигравшие, проигравшие не всегда горят желанием давать интервью, особенно через три дня после окончания финала. Их еще иногда захлестывают эмоции, у нас есть сложности, это непростой продукт, который дается тяжело. Хочется поблагодарить руководителей клубов, которые общаются с игроками и объясняют, что это действительно нужно. Прошу всех посмотреть и оставить свои отзывы. Надеюсь, что вам понравится.

А.М.: — Для меня этот фильм очень важен, особенно, когда мы впервые сделали это в прошлом году. Когда я пересмотрел это все, вспомнил свои эмоции. Люди, которые смотрят, проникаются тем, какая серьезность перед игрой, как ребята выходят на лед, какие лица, видно настрой, подготовку — насколько все серьезно, и потом какая радость и разочарование, и все это в одной картине. Всех призываем посмотреть и обсудить. От себя большое спасибо игрокам, тренерам и руководству клубов, которые сразу после финала находят в себе силы общаться. По себе знаю — если выиграл или проиграл, не хочется делать этого, но они идут на это ради нас с вами, болельщиков, чтобы они увидели и почувствовали эту атмосферу.

— Вопрос касательно взаимоотношений КХЛ и РУСАДА — как вы оцениваете возможность в сравнении с заокеанскими коллегами добиться той степени автономии, чтобы решать вопросы по историям с игроками самостоятельно в рамках своего соревнования?
А.М.: — Мы самостоятельная лига, но находимся в российском правовом поле, подчиняемся законам ВАДА и РУСАДА в вопросах антидопинга. Поэтому сейчас это большой политический вопрос на уровне ОКР, Минспорта и правительства России. Мы работаем в текущем законодательстве. На следующий год подписываем договор с РУСАДА, где наши игроки будут тестироваться в увеличенном на 10 % объеме.

— Любопытная тенденция в предстоящем сезоне — добавились иностранные тренеры, подписались много легионеров. Видите ли вы в этом звоночки о том, что Лига выходит на международный масштаб?
А.М.: — Хорошо, что к нам тянутся, мы это ценим, для этого работаем, Лига развивается. Специалисты приезжают, это хорошо — и для игроков, для молодёжи. Посмотрите, какой прогресс был в прошлом году у «Авангарда» после смены тренера. Это опыт для нас, для тренеров и игроков. Интересное противостояние между североамериканскими тренерами — они пришли в хорошие команды, которые будут бороться за чемпионство. Посмотреть, как они будут себя вести в играх между собой. Это больше привлекает. У нас есть лимит легионеров, он так же будет действовать — пять человек. Для тренеров такого лимита у нас нет, поэтому каждый руководитель выбирает под свою команду конкретного тренера, у кого какие цели и задачи, кто как хочет играть, в какой хоккей. Козырев и Ларионов играют в одну систему, Буше и Хартли — совсем в другую. Посмотрим, как у Хартли получится сработаться с чемпионской командой. Нас всех ждет очень интересный сезон.

С.Д.: — Лига развивается и становится привлекательнее. Если пару лет назад кто-то мог подумать, а надо ли мне играть или тренировать здесь, то сейчас все понимают, что мы как были лигой № 1 за пределами Северной Америки, то так ей и остаемся, это всем очевидно. Все понимают, что по уровню хоккея и всему остальному мы представляем продукт мирового уровня. И игрокам, и тренерам здесь интересно, выгодно, они здесь развиваются. Это полезно для роста наших игроков, молодежи, они могут тренироваться по разным методикам и смотреть на легионеров. Легионеров-проходимцев у нас нет, это, в большинстве своем, игроки, которые чего-то добились либо в национальных сборных, либо в Северной Америке, это точно будет развивать нашу молодежь.

— Сергей Андреевич, Лига каждый год работает над качеством продукта. Какие новинки ждут болельщиков в новом сезоне? Предсезонные турниры показывает ОККО — будут ли они транслировать матчи в сезоне?
С.Д.: — Скорее, нет — у нас есть глобальный партнер «Яндекс» со своим сервисом «Кинопоиск». Спасибо ему за то, что он делает для развития и популяризации хоккея, это равносильный вклад тому, что делает Лига — много активаций, различных продуктов. Это то, о чем мы всегда говорили — нужно выходить за пределы простой трансляции, чтобы привлекать новую аудиторию, которая пока не до конца готова смотреть матчи, ей нужно что-то новое. Проект с камерами на судьях, с закулисьем тренерской работы — все, что коллеги делают, дает дополнительный вклад. Коллеги из «Кинопоиска» могут рассказать о росте своей аудитории, это несколько миллионов человек, которые смотрят продукты КХЛ. Новинок очень много — новые передачи, форматы, пересборка каких-то старых с новыми героями. В ближайшие два-три года планируем существенное внимание оказать ТВ-трансляциям, это будет основное направление Лиги с точки зрения повышения их качества. Есть несколько новинок и инициатив, которые мы предложим Совету директоров, которые хотим запустить в этом сезоне. Если Совет директоров их одобрит, то отдельно расскажем о них. Думаю, в течение двух-трех лет трансляции существенно изменятся.

— В последние годы две-три команды к февралю выбывали из борьбы за плей-офф. Есть ли основания полагать, что в этом сезоне такого не будет?
А.М.: — Мы надеемся. Две-три — это уже очень большой результат. Если взять эти команды, разобрать их подготовку к сезону, надеемся, что они будут биться — тот же «Барыс», «Сочи», «Шанхайские Драконы». Многое изменилось, выводы руководством сделаны. Надеемся, что эти команды будут до последнего сражаться за попадание в плей-офф, а то и за проход первого-второго раунда.

— Как сейчас развиваются взаимоотношения с НХЛ?
А.М.: — Все остаётся в рабочем режиме. Если нужно, запрашиваем подтверждение о наличии контракта у того или иного игрока. Со стороны НХЛ приходят запросы по нашим игрокам, идёт рабочий процесс.

— Контракты в Лиге могут спокойно расторгнуть, переподписать. Когда уже будет четко поставлен вопрос о том, что контракт незыблем ни на повышение, ни на понижение?
А.М.: — Есть правила расторжения контракта по инициативе игрока, игрок тоже может расторгнуть, и некоторые этим пользуются. Есть по обоюдному согласию, есть по инициативе клуба с выплатой компенсации. Лига не делает ничего в одностороннем порядке, в этих контрактах задействовано сразу несколько сторон — это клуб, игрок и агент. Если вы говорите о том, что игроков расторгают, я уже приводил примеры. Что касается понижения, я даже назвал человека, котоыйр на это пошел и получил выгоду от этого. Каждый случай разбираем детально, нет никаких нарушений регламента. Что одна сторона, что другая могут этим пользоваться. Три переподписания мы выбрали. В ноябре у нас была рабочая группа, это было принято голосованием клубов. Проанализировали пять предыдущих лет по переходам, и для тех клубов, которые жили в те пять лет нормальной спортивной жизнью, трёх человек в обмене было предостаточно. В этом году обсудим, уже были запросы, нас спрашивали. Когда такое бурное лето в переходах, будем обсуждать с клубами, но на этот сезон у нас уже принят регламент.

— Есть ли у вас какие-то сведения по Голышеву, Каменеву? Не беспокоит ли вас тот факт, что по ходу прошлого сезона было три случая с допингом, что достаточно много?
А.М.: — Мы пока новостей не имеем, так же ожидаем. Три случая, но пока не прошли разбирательства — как это произошло, почему. В разговорах с игроками, клубами, зная медперсонал, никто бы целенаправленно на это не пошел. Давайте дождемся официальных заявлений и потом будем об этом говорить.

— Министр спорта анонсировал создание единого оператора судейства. Затронет ли это как-то КХЛ?
А.М.: — Понимания пока нет, мы живем своим положением о судействе — у нас есть Главный арбитр, есть СДК, СЭК, в этом году прошли большие изменения по судейскому направлению: увеличились контракты и премии судей, с каждым подписано положение о премировании. Судья, выходя на матч, будет знать, что он зарабатывает, и в случае допущения ошибок прописано, какой процент премий будет снижаться. Немного пересмотрена работа Департамента судейства, Главного арбитра — внесены некоторые изменения. Работа ведётся, можем показать это всё. Мы пока тоже не понимаем, как все это планируется и как будет работать. Про потолок зарплат министр спорта говорил и ссылался на КХЛ, нам приятно, что с нас берут пример, как надо развиваться в плане потолка зарплат и в плане судейства. По судейству взяли на себя тяжелое решение разработать автоматическое назначение судей, это большая работа, попытаемся с ней справиться. Это глобальный проект, будем думать и прорабатывать.

— Как меняется идея проведения драфта? Насколько она из сырой превращается в ту, которую уже стоит вносить в регламент?
А.М.: — Пока что все это в проработке. Есть идеи, чтобы было распределение, не было скопления талантливых игроков, готовых к КХЛ, в структуре одного клуба. Поэтому смотрим на это, все больше работают академии, есть молодежные команды, у некоторых клубов даже по две. Молодёжь там растет, и вот думаем, как перераспределять игроков с 20 лет. Вы видели, что два года назад мы понизили количество командированных игроков до 15, в этом плане работаем.Посмотрим, что будет получаться с написанием новой Стратегии КХЛ.

— В НХЛ зарплаты бурно растут, а в КХЛ падают. Как сделать так, чтобы они росли?
А.М.: — В НХЛ свой подход, свой потолок зарплат. У нас свой подход и свое видение. Были в прошлом году 100-миллионные контракты, но потом что –то не складывается, не получается. Видимо, менеджеры считают, что для того, чтобы сделать сильную команду, уже не нужны 100-миллионные контракты, и уже распределяют деньги. Понижение контрактов, может быть, зависит от бонусов. Клубы могут платить игрокам больше через командные премии, которые не идут в потолок зарплат. Во-первых — игрок, зная, что он пройдет во второй раунд, получит часть командной премии, из-за которой он пошел на понижение. А на эти деньги клуб может приобрести ему лучшего партнёра, чтобы они свой бонус заработали. Разговаривали с агентами, они тоже скрупулезно смотрят, какая команда собирается. А на следующий год повышение потолка, и пол не забываем поднимать, чтобы конкуренция была. И понижение контрактов может переходить в бонусную часть. Чем бонусы хороши для нас — это стимул для игроков добиваться результата.

С.Д.: — Не совсем корректный тезис, что у нас зарплаты падают, как раз наоборот. Может быть, у тех, кто получал 100 миллионов, зарплаты падают, но у тех, кто получал меньше, они растут. Происходит перераспределение, мы всегда за выравнивание. Зарплаты, которые сняты сверху, никуда не испарились, они перераспределились вниз, и клуб может подписать третье-четвертое звенья более хорошие, чем раньше. Мы всегда поддерживаем большую часть в премиальные, чтобы это было стимулом для игроков.