Николай Лемтюгов: «После 0:5 от Казани отец не стал со мной разговаривать»

«Уже сейчас хочется начать новый сезон»

- Николай, как оцените прошедший сезон?

- Часто говорят о том, что главная задача – командная, но ведь всё равно не уйти от персоналий… В этом сезоне я сделал много, но мог больше. Начало чемпионата не получилось таким же удачным, как середина и концовка. Пропускал матчи, причем не потому, что болел, а по игровым причинам. На усмотрение тренера. Пока не доказал, что заслуживаю место в составе. Так что, если говорить об оценке сезона для себя самого – три с плюсом. Что касается результата «Авангарда»… Трудно ко всему этому возвращаться. Вроде, и команда была хорошая, всё у нас было для того, чтобы пройти дальше, руководство делало всё возможное… Но в итоге не мы играли с «Магниткой» в финале конференции.

- Почему? Чего не хватило в серии с «Ак Барсом»?

- Характера, духа. Чтобы биться в кость. Вырывать игры, а не склоняться к тому, что, если проигрываем 0:1, то ничего больше нельзя сделать. Может, для кого-то причины другие, то для меня – именно эти.

- Самая неудачная игра серии – шестая, в которой «Авангард» уступил – 0:5?

- Да уж. Как мы обделались… Да, вот так и напишите. После той игры, когда мы сидели в самолёте, позвонил мой отец. Я сказал, что мы вылетаем. Он спрашивает: «Куда»?  - «Как, куда? Домой, в Омск» - «Да вас после такой игры в город пускать не должны». И больше не стал со мной разговаривать. В какой-то степени он прав.

- В чём причины такого поражения?

- Пожалуй, воздержусь от ответа, поскольку это только моё мнение. Тем, кому посчитал нужным, я их назвал.

- В команде уже другой главный тренер – Фёдора Канарейкина сменил Андрей Скабелка. Что скажете о переменах?

- Об отставке Канарейкина – ничего. Это не моё дело. Со Скабелкой пока работаем совсем не долго. Но очень интересно. И, честно говоря, уже хочется начать новый сезон. Чтобы посмотреть на все эти новшества в действии.

«Никакого конфликта с Быковым не было»

- Нынешний сезон для вас – лучший в карьере. Чем сами можете объяснить такой прорыв?

- Обычная работа, ничего нового. Возможно, просто больше стали доверять. Ну и элемент везения, удачи - тоже присутствует. Вообще, особо не слежу за своей статистикой. Это получается почти автоматически: приезжаешь в другой город, читаешь программки... Плох тот хоккеист, который не хочет забивать или набирать очки. Но я уж точно не отслеживаю, кто в лиге выше меня, кто ниже. Всё идет своим чередом.

- За карьеру вы успели поменять немало клубов. Давайте так: о каждом вы скажете буквально два-три слова-ассоциации – первое, что придёт в голову. Начнём с ЦСКА.

- Москва, переезд, ну и борьба за место команде… Я родом из Миасса, поэтому первый клуб – местная «Заря». Как-то по своему возрасту обыграли «Трактор» - 10:9, и 9 шайб я забросил. Тут же пригласили в Челябинск, но мой папа, он же тренер нашей команды, поначалу отказал. Лишь год спустя я стал играть за «Трактор», да и то ездил только на матчи. Приезжал в пятницу, тренировался, потом две игры, в субботу и воскресенье, - и обратно. Но потом стало неудобно так ездить, и я перебрался в Челябинск к бабушке. На финале чемпионата России по своему году меня увидел тогдашний президент ЦСКА Валерий Иванович Гущин. И пригласил нас в Москву: отца, как тренера, и меня. В 2001 году, в свой день рождения, 15 января (мне исполнилось 14 лет), я стал игроком ЦСКА.

Страшно было, конечно, но понемногу освоился. Правда, не в привыкании к Москве была главная сложность. Я приехал и сразу заявил о себе. А в таких случаях всегда появляются недовольные среди местных игроков. Борьба за место: кого-то убирают, кого-то ставят… Естественно, копали под меня. Говорили, что на самом деле я старше, что документы переписаны… Но в итоге всё наладилось. В команду пришёл Вячеслав Аркадьевич Быков. И дал шанс. Поставил в звено с Мозякиным и Кудашовым. У нас хорошо получалось. Но после сезона меня обменяли.

- В «Северсталь».

- Это был шок, я очень переживал, готовился всё лето… А за неделю до сборов мне сообщили про обмен в Череповец. Вроде бы, не договорились с агентом. Это потом я узнал: агент хотел больше, Вячеславу Аркадьевичу это не понравилось. Он сразу заявил: «Останется тот, кто захочет играть в ЦСКА». Мозякин уехал как раз тогда в «Атлант», потому что не договорился. Получилось так и со мной. Говорили потом, что у меня конфликт с Быковым. Ничего такого не было.

- Тогда давайте об ассоциациях с «Северсталью».

- Молодость и толчок в большой хоккей. Всё, пожалуй. Череповец останется для меня навсегда приятной страницей биографии.

«И сейчас не скажу, что не получилось в НХЛ»

- Давайте сделаем паузу в вашей российской карьере и поговорим о заокеанской. Она получилась непродолжительной. Тем не менее, до отъезда в 2007-м вы говорили, что вас не пугает перспектива пробиваться в НХЛ через АХЛ, не смущает, что в «Сент-Луисе», куда вы уехали, наши редко закреплялись.

- В Америку я не боялся ехать, и вопрос денег практически не волновал. Была мечта. Мне, наверное, немного не повезло, тренером команды в то время был Энди Мюррей, и он на дух не переносил русских. У него только Саша Фролов играл в свое время в «Лос-Анджелесе». Поэтому я оказался в фарм-клубе. Вообще, время было хорошее: язык подучил, увидел заокеанский хоккей изнутри. Для меня это стало большим толчком в карьере: и в плане работы, и в плане отношения ко всему.

- Тогда в интервью перед отъездом вы сказали, что разберетесь, готовы или не готовы к НХЛ.

- Я и сейчас не отвечу на этот вопрос, потому что провёл за клуб НХЛ лишь игру одну, выставочную, в Лос-Анджелесе. Играл с Полом Карией, центрального сейчас уже не вспомню... Если бы удалось провести в НХЛ хотя бы 5-6 матчей, то, быть может, быть понял бы, в чём мои проблемы. Дэвис Пэйн, тренер «Преории», фарм-клуба «Сент-Луиса», долго уговаривал остаться, но я уже сидел на чемоданах. Был молодым, нетерпеливым, поспешил уехать, сейчас это понимаю. Не дотерпел просто. Пэйн говорил: «Я тебе помогу». Не послушал. И знаете, что вышло? Я уехал, а его через неделю назначили главным в «Сент-Луисе»… Я ему позвонил, поздравил, а он сказал мне самые главные слова: «Всё, что ни делается – к лучшему. Работай. Может, мы еще увидимся». И после этого выиграл два Кубка Стэнли в качестве помощника главного тренера «Лос-Анджелеса».

- Готовы попробовать пробиться в НХЛ ещё раз?

- В 31 год я реально смотрю на вещи. Тем более, НХЛ сейчас меняется в сторону омоложения. Естественно, если какое-то предложение поступит, то, может, и начну сомневаться. (Смеётся). Но предложений не было, поэтому и разговора нет. Думаю, этот листочек моей биографии уже перевернулся.

«Теперь понимаю, что хотел Билялетдинов, а я его не слышал»

- Из-за океана вы вновь вернулись в «Северсталь», где провели два сезона, потом оказались в «Ак Барсе».

- Приятные, сильные 3 года. С одной стороны, я безумно счастлив, что оказался в казанской команде. С другой – это время перевернуло мою карьеру с ног на голову. Мне пришлось лечь на дно, чтобы от него оттолкнуться и подняться снова наверх. Хотя, дно было илистое такое… Всё могло закончиться плачевно.

- Но началось-то всё с Кубка Гагарина!

- Да, вот вместе с ним и выросло какое-то супер-эго. На самом деле, я этот кубок к себе не причисляю, поскольку сыграл в том сезоне за «Ак Барс» всего четыре матча. Но он дал большую пищу для размышлений уже сейчас. Какой должна быть команда, чтобы добиваться больших побед, благодаря чему выигрываются кубки. Это пригодится в дальнейшем, если стану тренером.

- Тем не менее, в следующем году Зинэтула Билялетдинов отправил вас в Высшую лигу по ходу плей-офф.

- Это не ссылка была, а моя просьба к Зинэтуле Хайдяровичу. В плей-офф я всё равно не играл, был четвертым нападающим в очереди. В первом раунде «Ак Барс» победил «Барыс», я подошел к Билялетдинову и попросил отпустить в Высшую лигу. Сказал: «Всё равно не играю, а так - буду у вас на виду. Альметьевск рядом, вернусь в любой момент, как только скажете. Но в «Нефтянике» хоть буду заигран». Думаю, что Билялетдинов сильно на меня тогда обиделся. Счёл, что я свои личные цели ставлю выше коллективных и готов ради них даже команду покинуть. Тем не менее, я уехал в высшую лигу, и мы дошли с «Нефтяником» до финала. Поварился в этой каше. У Альметьевска до этого 12 или 13 лет не было таких достижений. Получается, я внёс определенную лепту в успех.

- Как с тех пор отношения с Билялетдиновым?

- Так и не довелось поговорить обстоятельно. Прошло уже 7 лет, я многое переосмыслил. Понял, что пошло не так, и почему пришлось так стремительно падать. Слава богу, что около меня оказались близкие люди: родители, жена. Они дали мне силу для того, чтобы я нашел себя… К Билялетдинову я отношусь с большим уважением. Теперь уже понимаю, что он хотел от меня, а я в силу молодости и упёртости просто его не слышал. И поплатился за это. Началась чехарда, переезды-заезды… Это сейчас я спокойно говорю, никого не обвиняю. Все проблемы из-за меня, все претензии исключительно к себе.

- Затем были «Магнитка» и «Нефтехимик», но совсем недолгими периодами.

- Всё слилось воедино, и вспоминать не хочется, если честно.

- В мае 2012-го вы оказались в «Атланте».

- Нормально всё начиналось. Тренером был швед Янне Карлссон, потом его убрали, и пришли Сергей Светлов и Алексей Кудашов. Что произошло дальше - не знаю, не могу объяснить, мы начали валиться. Что касается меня… Я человек прямой, ни с кем шептаться не буду. Может, что-то в моих разговорах не понравилось тренеру. И Светлов заявил, что я команде не нужен, при нём играть не буду и могу искать себе новый клуб. А тут как раз в Мытищи приехал «Трактор», мы ему проиграли по буллитам, я забил. После матча подошел Валерий Белоусов и сказал: «Хватит возиться по командам, надо в Челябинске хоккей поднимать». И я оказался в «Тракторе».

«Подписал контракт со «Спартаком», на следующий день он обанкротился»

- Как в случае с «Ак Барсом», в который вы пришли незадолго до завоевания клубом Кубка Гагарина, в «Трактор» вы подъехали как раз к серебру.

- Получается, так.

- Почему же не остались поднимать хоккей в родном городе?

- После того серебра многое поменялось. Руководство хотело сохранить команду, но никто для этого ничего не делал. Хотели обойтись малой кровью. В итоге весь костяк просто разъехался по другим клубам.

- Сожалеете о том, что так вышло?

- В общем, да. Всегда хотел играть в «Тракторе», дом рядом. Но тогда всё как по накатанной шло, не получалось спокойно и до конца обдумать масштаб бедствия, которое происходило со мной. Постоянно что-то сглаживало картину. То Кубок Гагарина, то медали с «Трактором».

- По поводу вашей следующей команды, «Сибири», вы как-то сказали, что так и не поняли, зачем вас приглашал Дмитрий Квартальнов.

- Именно так. Квартальнов звонил, звал… Домой я нему приезжал даже. У меня были в то время и другие предложения, но согласился на переход в «Сибирь». Во многом пошел тренеру на уступки, и в плане контракта тоже. Приехал и оказался в пятом звене. Квартальнов выбрал тактику кнута, чтобы сразу поставить меня на место. Мягко говоря, я был удивлён и расстроен. Но всё, что ни делается - к лучшему. Я рад, что прошел этот путь, рад, что я поиграл во всех этих командах. Поменял бы я что-то в своей жизни, если бы была такая возможность? Да, и начал бы с Казани.

- В довершение ко всему, из «Сибири» вас обменяли в «Спартак», который в этом же сезоне лишился спонсора.

- Я вам больше скажу – это случилось прямо на следующий день после того, как я подписал контракт.

- Что подумали, узнав об этом?

- Ничего не подумал. Приехал, домой и сказал жене: «Всё, закатывай банки, огурцы-помидоры, что у нас там ещё есть». В общем, ком моих проблем рос, рос, и всё должно было закончиться именно так. Чтобы я ещё и без денег остался. Поэтому, не поленюсь повторить: всё к лучшему, и я благодарен каждому дню в своей карьере.

- Трудно было, занимать приходилось?

- Жил всё то лето в долг. Хорошо, что близкие люди есть, которые меня не бросили, помогали. Может быть, ситуацию облегчало то, что я сам из колхоза, и бывали в жизни моменты, когда вообще есть нечего было. Наверное, хорошо, что я до такого тупика дошёл. Дальше можно было только обратно идти. Ткнули меня и спросили: «Хочешь здесь оставаться? А если не хочешь, то начинай шевелиться». Большую роль сыграла семья и, главным образом, папа, который говорил мне что-то типа такого: «Закончи и не позорься». Подбадривал, в общем… И я ему на полном серьёзе благодарен. Потому что это помогло прийти в себя и доказать, что ещё могу что-то. Кстати, у меня и машины сейчас нет, хоть и очень люблю водить. Временно пешеход и абсолютно спокоен. Ценности приходят с опытом. Когда ты осознаешь, что смысл жизни в другом.

«Сумманен мог с тобой смеяться, а через15 минут выгнать в Высшую лигу»

- В итоге вы оказались в «Авангарде», что обернулось ещё одной командировкой в Высшую лигу. Главным тренером был тогда Раймо Сумманен, человек с непростым, мягко говоря, характером.

- Да уж, весьма непростым. Мог смеяться с тобой, а через15 минут выгнать в Высшую лигу. Он тогда много кого туда отправил. Вообще, каждый день кто-то куда-то уезжал. Но при этом было у Сумманена что-то своё позитивное в плане хоккея. Но с отношениями внутри команды - большие проблемы. Как много раз говорил, спасибо руководству «Авангарда» за то, что дало шанс вернуться.

- Хотите больше вообще никуда не переезжать, закончить карьеру в «Авангарде»?

- Да, вот именно так и хочу. Сын у меня родился здесь, омич. Я нашел свою команду. Всё складывается. Хороший коллектив, руководство. И игра более-менее получается. Охота закончить здесь, а когда – одному богу известно, что там будет со здоровьем и всем остальным. Готов, хоть это и далекое будущее, и работать здесь, в институт поступить на тренерский факультет. Но загадывать не буду.

- Вы поменяли столько команд. Как вам даются переезды, вы легкий на подъем человек?

- У меня золотая жена, я вопросов с переездами вообще никогда не касался. Лена - настоящая «жена декабриста». Я счастлив, что она у меня есть.

- Как вы познакомились? Давно вместе?

- Уже 10 лет. В компании друзей встретились. Мне с первого раза неправильно назвали её имя. Подошел к ней и, по-моему, Мариной назвал. Она посмотрела, как на больного и сказала, что, Марина вон там сидит. Но я всё же добился встречи, на второй день, наверно, и сразу сказал, что она будет моей женой. Лена очень сильно испугалась. В итоге 3-4 месяца её добивался. В конце концов, она поняла, что всё это не просто так.

- У вас уже двое сыновей.

- Да, Максиму в мае будет четыре года, Денис родился 14 января.

- Старшего планируете отдать в хоккей?

- Да, летом поедем к деду и начнём копить здоровье, работать: гимнастика, плавание, всё остальное.

«Не знал, что у меня есть персональный фан-клуб»

- Много всего было в вашей карьере. Что вас может вывести из себя?

- Несправедливость. Если человек неправильно что-то делает. В адрес команды или в мой лично. Стараюсь такого человека поставить на место.

- Быстро вспыхиваете?

- И вспыхиваю, и отхожу быстро.

- Недавно все обсуждали приход болельщиков в раздевалку «Спартака». Были ли у вас подобные разговоры на нелицеприятные темы?

- Кстати, когда я играл в «Спартаке», они тоже приходили. После 12 поражений пытались нас взбодрить. Скажу так: многие это осуждают, но люди, которые там были, многое сделали, когда «Спартак» был банкротом. Именно они поддерживали молодежную команду. И команда дошла до финала. Зарплату ребятам платили, клюшки покупали, поддерживали. Любые способы хороши, когда надо встряхнуть в команду, тем более, когда она в который раз не попадает в плей-офф.

- Какие у вас есть интересы помимо хоккея?

- Охота, рыбалка, активный отдых. Правда, больше визуально это всё воспринимаю, только втягиваюсь, и опыта не особо много. А в основном, всё свободное время занимает семья.

- Не так давно в интернете появилось фото болельщика в майке с надписью «Лемтю – GO»!

- Человек сам решил обыграть фамилию, причём я сначала подумал, что написано «Лемтю – гол» и очень удивился. Ребята делали майки за свой счет. Приятные ребята. Взрослые. Пришли, мы пообщались хорошо. Очень им благодарен. Не знал, что у меня есть персональный фан-клуб.

БЛИЦ

Хоккейная примета

- Есть, да, но говорить не буду. За 16-летнюю карьеру уже всё машинально идет, в том числе и приметы. Надо, не надо - всё равно делаешь…

Где бы вы могли реализовать себя вне хоккея?

- В армию бы ушел. Папа на подлодке служил. Наверное, и я сейчас плавал бы где-нибудь в Баренцевом море.

Любимый город

- Миасс. Люблю его, каждое лето возвращаюсь на месяц, тренируюсь, ностальгирую. Ну а второй дом – Москва.

Самый безумный поступок в жизни?

- Одним днём сделал жене предложение, спонтанно.

Любимое место отдыха

- Люблю путешествовать, пляжный отдых – не моё. Прошлым летом в Токио был - жена уговорила поехать. Чистейший город.

Любимый игрок за всю историю хоккея

- Про совсем старых не могу сказать, мы их не видели. Назову тройку «детройтовскую» нашу - Дацюк, Ларионов, Козлов. Папа приносил кассеты, я смотрел, как они играют.

Мелодия на телефоне

- Классическая музыка… Какая стояла, такая и есть.

Литературный персонаж

- Мне больше нравятся политические темы и исторические книги, например, про Сталина.

Любимая музыка

- Все слушаю: от классики до рэпа. Металл только не воспринимаю.

Любимый предмет в школе

- История. Хотя меня выгоняли с неё часто за большое рвение и «хорошее» поведение.

Чего не умеете, но очень хотите научиться?

- Летать (смеётся). Прыгнуть с парашютом, например. При этом люблю, когда ноги стоят на чем-то твердом. Я большой любитель экстрима, но только на земле. Водить, быстро водить. Картинг, стрельба, страйкбол. Это, по сути, имитация войны, с ружьями, марш-бросками и БТР-ами.

ДОСЬЕ

Николай Александрович Лемтюгов.

Родился 15 января 1986 года в Миассе.

Карьера: ЦСКА (Москва) – 2004-06 гг., «Северсталь» (Череповец) - 2006-07 гг., 2009-10 гг., «Преория Ривермэн» (АХЛ) – 2007-09 гг., «Ак Барс» (Казань) – 2010-11 гг., «Нефтяник» (Альметьевск) – 2011 г., «Металлург» (Магнитогорск) – 2011 г., «Нефтехимик» (Нижнекамск) – 2011-12 гг., «Атлант» (Московская область) – 2012-13 гг., «Трактор» (Челябинск) – 2013 г., «Сибирь» (Новосибирск) – 2013 г., «Спартак» (Москва) – 2013-14 гг., «Авангард» (Омская область) – 2014 г., 2015 г – н.в., «Сокол» (Красноярск) – 2014 г., «Югра» (Ханты-Мансийск) – 2014-15 гг.

Достижения: Обладатель Кубка Гагарина, серебряный призёр чемпионата России, серебряный призёр молодёжного чемпионата мира.