Горьковский бурлак. Валерию Васильеву исполнилось бы 70 лет
В силовой борьбе ему в отечественном хоккее не было равных. В качестве капитана сборной СССР он поднимал над головой Кубок Канады. Несмотря на титулы и регалии, был прост в общении. С ходу умел расположить собеседника. И не таил зла. Таким мы запомнили знаменитого защитника Валерия Васильева, которому 4 августа исполнилось бы 70 лет.
«На коньках маневрировал, как на ногах»
Три года назад автор этих строк встречался в Парке легенд со знаменитым форвардом Сергеем Макаровым, вошедшим в сборную столетия ИИХФ и только-только принятым в Зал славы в Торонто.
В ответ на вопрос о лучшем советском защитнике я ожидал услышать фамилию Вячеслава Фетисова. Но…
- Против Фетисова я не играл, да и на тренировках выходил с ним в одной пятерке. Валерий Васильев – вот уж кто непроходимый. Обыграть его можно было разве что на разности скоростей. У бортов маневрировал так, будто коньки не надевал, какая-то нереальная устойчивость, - разоткровенничался один из самых ярких нападающих мирового хоккея.
Десять лет назад мой друг и коллега Виталий Славин позвонил Васильеву, чтобы к его 60-летнему юбилею полистать с ним семейный альбом.
- Я с Валерием Ивановичем не был знаком, но сразу получил приглашение в его знаменитую квартиру в Черемушках, которую динамовцу дал шеф КГБ, а потом и генсек ЦК КПСС Юрий Андропов, - поведал журналист. – Мы общались, словно знали друг друга с детства. Он рассказал столько баек…
Васильева рвали на части. Как-то я пришел на летний матч «Динамо» (Москва) – «Витязь». В первом перерыве встретил Валерия Ивановича в лагере бело-голубых (он занимал должность советника президента клуба), а во втором – подмосковной команды, где он входил в попечительский совет.
«Залезай в машину, раздолбай!»
Васильев даже «Спартак» в середине лихих 90-х успел потренировать. Его любили все, кроме соперников. Анатолий Тарасов старался не выпускать под Васильева своих лидеров - Анатолия Фирсова и Валерия Харламова. Понимал, что защитник сожрет их с потрохами.
Характер Васильева закалялся на улице в Горьком. Он рано лишился отца.
- С братом мы ловили птиц и оптом продавали по червонцу, - вспоминал Валерий Иванович. – По тем временам огромные деньги! Бутылка водки стоила два двенадцать. Старшие парни охотно брали нас в компанию, мы целыми днями пропадали на улице. В обиду я себя не давал никому.
В «Динамо» Васильев попал волею случая. Его в 17 лет подтянули на три последних матча сезона в «Торпедо». Юного и еще совсем «сырого» защитника увидел тренер бело-голубых Аркадий Чернышёв и… забрал у него паспорт: «Приедешь за ним в Москву». Дело было в 1967 году. Потом, правда, рассказывали, что Чернышёву про способного юношу шепнул на ухо тренер автозаводцев Борис Петелин, бывший динамовец.
Аркадий Иванович наплевал на характеристику, выданную в Горьком новичку. Его называли шпаной, чуть ли не бандитом.
Звездой горьковский «жиган» стал далеко не сразу. Чуткому педагогу Чернышёву пришлось немало повозиться с Васильевым.
- Однажды мы с Мальцевым купили в Москве парадные костюмы, «обмыли» их и возвращались на базу в Новогорск, - вспоминал Васильев. – Голосуем, останавливается «Волга», а в ней Чернышев. «Садитесь. И как вы завтра играть будете?» - вздохнул тренер. Мы сыграли как никогда вдохновенно. Чернышев нас простил. Ещё был случай: ушёл я в самоволку. Стою в Химках, ловлю машину. И по закону подлости снова останавливается «Волга» Аркадия Ивановича: «Залезай, раздолбай. Довезу».
Васильев не сразу освоился в Москве. До женитьбы часто чудил. Супруга Татьяна привела мужа в порядок. Да и в сборной путь к признанию не был гладким. В 1970-м Васильев стал чемпионом мира, а через год на первенство планеты в Швейцарию не поехал. В олимпийском Саппоро-72 был седьмым защитником, проведя всего два матча из пяти. Он не выходил на лёд в двух первых играх эпохальной Суперсерии-72, в Монреале и Торонто. Но потом мужеством и мастерством застолбил место в составе.
«Простил Пашкова»
- Николая Сологубова я ставлю выше других как защитника-реформатора. Вячеслава Фетисова – как защитника, участвовавшего в атакующих действиях. Однако наиболее гармоничным защитником назову Васильева, - признался трёхкратный олимпийский чемпион Виталий Давыдов. – Физически сильный, манёвренный, быстрый, сообразительный. Его конёк – силовая борьба. Если Александр Рагулин мало играл в тело, в основном оттирая соперника от шайбы, то Валерий в силовых единоборствах был агрессивен. Он и с канадцами не церемонился. По литой мускулатуре с ним мог сравниться разве что Эдик Иванов, но тот был по натуре добряком. От Васильева же соперники пощады не ждали. Он любил приложить кого-нибудь из них в самом начале матча, чтобы морально подавить.
О великодушии Васильева говорит одна история. На предсезонном турнире на призы газеты «Советский спорт» в матче с «Химиком» вратарь воскресенцев, а в прошлом динамовец Александр Пашков за своими воротами едва не зарубил клюшкой Васильева.
- Он мне едва нос не срезал, - рассказывал Васильев. – Если б я не потерял сознание, убил бы его.
Вратарю выписали пожизненную дисквалификацию и готовы были завести уголовное дело. Случилось это в Ленинграде. Но пострадавший неожиданно написал заявление, что не имеет претензий к своему обидчику. Дело замяли, Пашков вышел на лёд и в 1978 году стал чемпионом мира.
«Три инфаркта»
В Праге-78 Васильев перенес инфаркт, первый из своих трёх. Случилось это прямо на лавке во время решающего матч против сборной Чехословакии.
- В груди что-то кольнуло, я пропустил всего одну смену, - вспоминал Валерий Иванович. – Мы заканчивали матч в три защитника. Лутченко подбили глаз, травму получил Цыганков. Тренеры Тихонов и Юрзинов отвернулись, мы менялись сами. Надо было выиграть в две шайбы. Выиграли 3:1. Когда вернулся в Москву и сделал кардиограмму, врач ахнул: «Да у вас инфаркт был!» Я об этом никому не сказал. А после окончания карьеры перенес ещё два.
На ЧМ-81 в Швеции Васильев выводил команду с капитанской нашивкой. Именно он принимал Кубок Канады, завоеванный сборной СССР в 1981-м.
- Когда в Канаду не взяли Харламова, Валера ходил к Тихонову, просил за друга. А когда в Виннипеге узнали о том, что он погиб, хотел вернуться на похороны. Да кто же его отпустил бы! – вспоминала супруга Васильева Татьяна. – После этого муж Тихонова не воспринимал.
ЧМ-1982 в Финляндии стал лебединой песней Васильева. После этого турнира в сборную его не приглашали.
Поэтому с удивлением читаю, что Васильева отцепили от Олимпиады-84 в Сараеве. Мол, Андропов незадолго до Игр в Югославии позвонил Тихонову и предложил включить в состав Васильева. На что получил от тренера ответ: «Тогда вы и тренируйте сборную». На самом деле, генсек ещё с конца 1983-го был прикован к постели, его жизнь поддерживал аппарат «искусственная почка», и ему было не до хоккея.
На стыке веков Валерию Ивановичу сделали операцию на сердце. Врач сказал, что будет жить долго. Но 19 апреля 2012 года великий защитник, которого в «Динамо» прозвали Горьковский бурлак, скончался.
Досье
Валерий Иванович Васильев
Родился 3 августа 1949 года на станции Волхово Новгородской области.
Защитник, заслуженный мастер спорта.
Карьера игрока: «Торпедо» (Горький) – 1967 г., «Динамо» (Москва) - 1967-84 гг.,
В чемпионатах СССР – 619 матчей, 71 гол.
Достижения: двукратный олимпийский чемпион, 8-кратный чемпион мира, обладатель Кубка Канады.
Лучший защитник ЧМ-1973, 1977, 1979. 1981. На ЧМ и Олимпиадах – 116 матчей, 18 голов.
Награждён орденами Трудового Красного Знамени, Дружбы народов, Почета, медалью «За трудовую доблесть».
Умер 19 апреля 2012 года в Москве.
