Андрей Назаров: «Не представляете, как тяжело работать тренером в 33 года»

«Надо мной издевались старые тренеры»

— Каково это работать главным тренером в 33 года?

— Вы даже не представляете, как это было тяжело. Потому что надо мной смеялись все, включая наших старых тренеров. Они говорили тогда: «Назаров у руля «Трактора»? Да его выгонят через пять матчей!». Потом поправились: «Выгонят через десять». А когда я в первом же сезоне вывел «Трактор» в плей-офф, на меня уже стали по-другому смотреть. И во второй год я вывел «Трактор» в плей-офф — это было уже в КХЛ — со мной начали здороваться. Но до этого — смеялись. Я бы даже сказал, издевались. Я прекрасно помню те дни. Оборачивал то отношение в шутку, пытаясь доказать обратное.

— Как состоялся ваш переход в «Витязь» в 2010 году?

— Мне позвонил Игорь Николаевич Тузик, спросил: «Ты как, не против?». Он с кем-то общался из «Витязя». Я ответил, что мне это интересно. Позвонили руководители «Витязя». Мы встретились. Контракт я не подписывал. У меня спросили: «Будешь работать?» Я ответил: «Буду».

— И так два сезона?

— На второй год я уже подписал контракт.

— Какой случай за эти два года был самым колоритным?

— Мне запомнилась драка на свадьбе в Магнитогорске. Постоянно об этом рассказываю. Закончился турнир имени Ромазана. Помню, я расстроился — мы всем проиграли с разгромными счетами, и со всеми передрались. Мне звонят из Уфы: «Пишется письмо в КХЛ, чтобы вас выгнали из Лиги». Я сижу, чешу в затылке — выгонят или нет? А в четыре утра мне звонок: «Слушай, там твоих в полицию забрали». Я такой: «Ну теперь точно выгонят!». Стали разбираться. Повезло, что на игроков «Витязя» на той свадьбе напали. Было видео, наши хоккеисты отбивались. Мы посмеялись, как там всё вышло. Я думаю, Лига тогда приняла правильное решение. Конечно, нас оштрафовали жёстко. Это были сумасшедшие деньги — по 200-300 тысяч долларов. Не стоило нам на такие штрафы нарываться, это безумие. 

«Ребята засыпали прямо на лавке»

— Как вы попали в «Северсталь» в сезоне 2012/2013?

— Так же: мне позвонили, предложили. Я безусловно согласился. Сезон в Череповце получился интересный. Мы прошли первый раунд, когда победили «Локомотив» (4-2 в серии). Во втором раунде у нас шансов не было — мы попали на СКА. И нас вынесли (0-4). Это всё, что я могу сказать об этом этапе. Потом я поехал в Донецк. Команда там была очень интересная — Евгений Дадонов, Дмитрий Кагарлицкий, Олег Пиганович… Было много россиян, и «Донбасс» успешно выступал в КХЛ. В том сезоне мы тоже вышли во второй раунд, выбив рижское «Динамо» (4-3). Но потом после известных событий всё пошло совсем не по плану.

— Помните один из самых длинных матчей в истории КХЛ?

— Да, конечно. Это было во втором раунде, против «Льва». Мы отыграли семь периодов — и победили, когда забили гол на 127-й минуте. Помню, уже сил ни у кого не было, ребята просто засыпали на лавке. Я подбадривал их как мог. Господин Андрей Конев нам помог, забив тот самый гол. Мне кажется, ему Лига 500 тысяч рублей вручила, когда наградила его призом «Секунда» за самый поздний гол сезона. Конев мне обещал бутылку подарить, но так этого и не сделал. Ну да ладно.

 — Что можете рассказать о карьере в «Барысе»?

— Шикарный был год, интересный! В плей-офф мы проиграли «Авангарду» в первом раунде (3-4). Там был очень интересный седьмой матч. Ругались все, нам забили один гол — мы считали, что несправедливо. Потом уже сказали: «Да, его не должно было быть». Но он оказался решающим. И кому это интересно, если мы в итоге уступили со счетом 1:3?

— А как вы оказались в СКА?

— По той же схеме: позвонили, пригласили — я поехал. Но там я не доработал, и в том же сезоне вернулся в «Барыс». Со мной расторгли контракт, когда мы шли, кажется, на 12 месте — где-то внизу. «Барыс» тогда тоже неудачно выступал, и я вернулся в Казахстан, где параллельно работал с местной сборной.

— Совмещать тяжело?

— И легко, и тяжело. Если выигрываешь, то смена фронта работ отвлекает. Если проигрываешь, сразу с двух сторон летят вопросы: «Что будет с «Барысом» в КХЛ? А что будет со сборной?». Сейчас там работает Андрей Скабелка. Ему нужно много побеждать, иначе вопросы будут сыпаться и из клуба, и из федерации.

#NEWSINTEXT3#

— Не скучно ли было работать два с половиной года в Нижнекамске?

— Да почему же? Городок там нормальный, нескучный. Интересные молодые ребята были. Мы работали хорошо, а в один из сезонов даже весь чемпионат шли в четвёрке конференции. Передо мной поставили задачу — поднять и воспитать молодежь «Нефтехимика». Мы её выполнили, на мой взгляд. Дамир Шарипзянов сейчас играет в «Авангарде», Марат Хайруллин — в СКА… Да вы их всех знаете!

«Физические нагрузки — плата за солнце и море»

— В 2019 году вы лидировали среди всех тренеров по количеству матчей в КХЛ. И попали в вакуум, на два года оставшись без работы. Кошки скребли на душе?

— Ничего такого не было. Сначала я отдыхал. Потом, как и любой другой тренер, стал искать работу. Какие-то предложения поступали, но они меня не устраивали. Были банально неинтересными.

Я ждал интересного предложения, и такое поступило из «Сочи». Я его с радостью принял.

— Как можно охарактеризовать этот «пляжный» этап вашей карьеры?

— Я бы не стал говорить о пляже, солнце и море. К этой обстановке надо подстроиться. Я своими куриными мозгами сам дошёл, и другим тоже советую. В городе Сочи надо очень много тренироваться. Ребята должны находиться в идеальной физической форме. Даже если кто-то где-то чуть дольше прошелся по солнечному побережью и слегка размяк, ему должно хватить сил на вечерний матч в прохладном дворце. А если по физике хоккеисты будут в таком же состоянии, что и гости, то они сыграют хуже. Здесь крайне важна физическая база, которая закладывается с лета. На предсезонке мы постоянно грузили неиграющий состав. Парни у нас постоянно бегали в жилетах, прыгали, скакали. Ругались на нас, но куда деваться? Ребятки, это ваша судьба. Это плата за солнце и за море. Были бы мы в каком-нибудь морозном месте, конечно, можно было б столько не тренироваться — хватало бы обычной физической базы. А в Сочи нужно иметь выдающуюся.

«Все хоккеисты уже стали профессионалами»

— Как изменился быт команд КХЛ? Вспомните, каким был наш хоккей в начале девяностых или даже в нулевых — и что есть сейчас?

— Если говорить о деталях, то наша Лига изменилась, многое пришло из-за океана. Все стали приходить на матчи в цивильных костюмах. Появились специальные люди, которые таскают баулы за хоккеистов и грузят их в «газели» во время выездов. Появились чартеры — раньше все летали обычными авиарейсами. Конечно, это делалось не вслепую, мы адаптировали под себя, делали своё. Но всё это вело и ведёт к прогрессу нашего хоккея.

— А что по питанию? У вас в «Сочи» был диетолог?

— Диетолога не было, но все хоккеисты уже стали профессионалами. Они всё прекрасно знают! Например, в день матча надо есть поменьше жирного и побольше постного. В командах раз в две недели проводится измерение жира. Каждый хоккеист, склонный к лишнему весу, ведёт борьбу с ним. Сначала мы ему помогаем; а если видим, что это продолжается, и человек не хочет худеть, не следит за питанием, позволяет себе ненужное — мы от такого игрока будем избавляться.

— Как изменилась КХЛ с переходом на маленькие площадки?

— Играть стало легче, бегать меньше, травм паховой области тоже меньше. Потому что меньше катаешься. Хотя от травм никуда не денешься.

#NEWSINTEXT2#

— А судейство?

— Поменялось в лучшую сторону. Потому что очень много видео — на каналах КХЛ и в YouTube. Если арбитр ошибся, и не дай бог он это сделал специально — это увидят все. Каждый судья это понимает, и не хочет попадать в такую ситуацию. На мой взгляд, чем больше видеоповторов и видеопросмотров, тем меньше будут появляться ошибки. Даже если они случаются неспециально.

— Вы несколько раз сказали о КХЛ ТВ. Часто смотрите?

— Это же прорыв для нашего хоккея! Вспомните, что было раньше. В неделю показывали три трансляции. Если не попадаешь в эту тройку — всё, твою команду страна не видит. Извиняюсь за выражение, судьи могли делать всё, что хотели. Ни видеопросмотров, ничего. Помню, мы записывали матчи на видеокассеты. Если возникал спорный случай, отправляли эту кассету в Москву. Кто-то её как-то просматривал, какие-то выводы делал. Потом сообщали нам: «Ребята, вы уже опоздали, два дня прошло». А сейчас — пожалуйста, включай и смотри хоккей с утра до вечера. И если товарищ судья принял какое-то спорное решение, ему через минуту всё подскажут из военной комнаты.