В интервью сайту МХЛ Тимофей Королёв рассказал о прошлогодней травме, о текущем сезоне, вратарских странностях и о своём отношении к критике.
Тимофей Королёв переехал из Москвы в Череповец, где быстро начал прогрессировать: после первого сезона в НМХЛ был поднят в «Алмаз», где выиграл конкуренцию за место первого номера. Своей уверенной игрой он заслужил вызов в «Северсталь» в декабре 2021 года. 18-летний Тимофей успешно дебютировал в КХЛ, отразив 15 бросков из 16 в победном матче против «Витязя». Затем он получил нелепую травму глаза и выбыл из строя.
«Мне писали, что я самый продажный вратарь Лиги»
— Последняя неделя ноября была для вас особенной — вы провели два матча за «Северсталь». Какие впечатления?
— Это хороший опыт, который пойдёт на пользу в будущем. Благодаря этому я прибавил в мастерстве и в психологическом плане; учёл, где нужно добавить, где лучше сыграть по-другому.
— Поделитесь эмоциями от возвращения в КХЛ.
— Всё хорошо, почти со всеми в команде я был знаком ещё с прошлого года, всех знал, так что никакой акклиматизации особенно и не было, сразу влился в коллектив. Безусловно, ещё есть какая-то скромность в силу возраста, но все ребята ко мне хорошо относятся, помогают, это классно.
— Как вы настраивали себя перед первой игрой?
— Да особо никак. Я дебютировал в КХЛ ещё в сезоне 2021/2022, и знал, что в этом нет ничего страшного. Тренерский штаб и партнёры по команде помогали справиться с волнением, я благодарен им за это. Был небольшой мандраж, но мне помогли спокойно выйти и сыграть свою игру.
— Некоторым молодым вратарям легче играть с небольшим мандражом, другим — в абсолютном спокойствии. К какому типу относитесь вы?
— Всегда по-разному, но мне легче играть, когда есть небольшой мандраж: где-то перестраховываешься и играешь более надёжно. Хорошо и то, и другое, но для себя выделю присутствие небольшого мандража.
— В чём игра в КХЛ отличается от молодёжки?
— Более высокая скорость, у каждого действия есть мысль, которую хоккеисты исполняют качественнее, чем в МХЛ, где просто могут бросить по воротам. А тут конкретно выцеливают под руки, в щиток на отскок. Куда хотят — туда и бросают. Нет такого брака, как в МХЛ, где шайба может перескочить. В КХЛ всё наверняка, всё быстрее и точнее.
— Физические нагрузки от игры в КХЛ сильно ощутимы в контрасте с молодёжкой?
— В этом плане я для себя заметил, что в КХЛ больше работают ноги, они быстрее забиваются. В основном причиной этому служит хороший розыгрыш большинства, потому что соперники могут прямо не выпускать из зоны. Я бы не сказал, что после матчей в КХЛ сильнее устаёшь, может даже наоборот, где-то становится попроще, потому что не так много голевых моментов, когда вратарю нужно вступать в игру. В МХЛ всё-таки открытая игра, там иногда устаёшь даже больше.
— Как у вас формировалась эмоциональная устойчивость?
— Я думаю, это складывается с опытом. Когда ошибаешься, пропускаешь, постепенно приходит уверенность. Понимаешь, что если даже пропустишь, в этом нет ничего страшного. Тренер вратарей «Алмаза» Сергей Владимирович Щукин много мне помогал с тем, чтобы не переживать, даже когда пропустил четыре шайбы. Нужно просто играть дальше и пытаться выручить команду в следующей атаке. Если пропустил — время назад уже не отмотать, важно всё равно стараться помочь команде. Если полезли мысли: «я ещё сейчас съем», «я не размят» или что-то подобное, то из-за волнения не получится проявить себя в полной мере.
— Как вы сами относитесь к критике?
— С возрастом стал лояльнее. Когда я начинал в МХЛ, мне писали, чтобы я умер, что я самый продажный вратарь Лиги, писали про семью. Без разницы, сколько я пропустил, выиграли мы или проиграли — всегда пишут гадости, поэтому мне как-то это без разницы. Мыслей закончить не было. Возможно в детстве случалось, всё-таки в таком возрасте больше эмоций, так что не думаю, что это было всерьёз. Просто от печали могла появиться мимолётная мысль.
— Насколько справедливо выражение «вратарь — половина команды»?
— Я думаю, что оно справедливо. Полевые забивают, защищаются — это их обязанности. Но если бы не было вратаря, то после каждой ошибки следовал гол. Вратарь выручает свою команду, может многократно её спасти, чтобы полевым было достаточно для победы одного гола. Один вратарь, в теории, может выиграть матч.
«Я стараюсь играть уверенно, чтобы не было прыжков «последней надежды» и необычных спасений»
— «Северсталь» — одна из самых молодых команд в КХЛ. Отсутствие опыта сказывается на командной игре?
— Возможно, но в молодости есть и плюс — присутствует желание, больше сил. Минус в том, что у игроков не так много опыта, с некоторыми ситуациями ребята, как и я, встречаются впервые. В МХЛ играют по-другому, может быть из-за этого тоже возникают некоторые проблемы.
— В двух матчах КХЛ из четырёх шайб три вы пропустили во втором периоде. В чём причина?
— Лично для меня это самый тяжёлый период. И в МХЛ я чаще пропускаю в этом отрезке, как мне кажется. Выходишь в другие ворота и что-то становится по-другому, немного непривычно, плюс игроки больше «наедаются» из-за дальней лавки, это тоже сказывается. Соперник может накладывать смены.
— Илья Иванцов говорил, что ему нравится стиль «Северстали», потому что ошибка не приведёт к таким критичным последствиям для игрока, как в других командах. На вратарей это тоже распространяется?
— Я думаю, что любая вратарская ошибка в любой команде имеет довольно большой вес. Не могу сказать, что присутствует какая-то безалаберность, по типу «ошибся — и ладно». Андрей Владимирович Разин сам говорил, что без ошибок ни у кого ничего не бывает. Даже те голы, которые я пропускал, были в том числе из-за каких-то моих ошибок. После игр мне просто объясняли, что я мог сделать лучше. В «Северстали» объяснят, если ошибся, это и помогает игрокам развиваться.
— Вам легче играть, когда по воротам бросают часто или редко?
— Легче, когда идут броски: всегда разогрет, готов к новому броску. А когда бросков мало — замерзаешь, может потеряться концентрация, если долго стоять без шайбы. Зачастую у тех, кто бросает мало, каждый эпизод голевой, то есть они выбегают раза три за период «два в одного» или «три в два», бросают с «усов».
— Недавно в результате обмена в «Северсталь» пришёл Александр Самонов. Как вы оцениваете шансы побороться с ним за место в основном составе?
— Здоровая конкуренция — это всегда хорошо, она только развивает её участников, помогает в состязании расти всем вместе. Я не могу себя как-то объективно оценить, для этого есть тренерский штаб, который уже даст оценку, готов я или нет. А сам по себе я всегда готов к новым вызовам.
— Вы предпочитаете активно подсказывать полевым игрокам во время матча, или не любите это делать?
— Иногда могу активно подсказывать, иногда, наоборот, очень мало. Максимум, что можно сказать игроку, это что он потерял за спиной соперника, остальное они и сами видят.
— Расскажите о неприятной травме, которую вы получили после дебюта в КХЛ.
— Было обидно, очень глупая ситуация на самом деле, я часто это рассказываю и показываю. После игры я отнёс шорты в сушилку, нагнулся, а там висел железный скелет, на крючок которого я насадился глазом. Он вошёл мне под веко. Обиднее всего, что это было просто глупым стечением обстоятельств. Я у себя спрашивал: «как такое вообще могло произойти?». Если б можно было вернуться в прошлое, я бы, конечно, ещё раз посмотрел, и может быть заметил чёрный крючок в чёрной сушилке (улыбается).
— Ответственность в КХЛ сильно возрастает?
— Я всегда играю ответственно, всё-таки это уже профессиональный спорт, здесь идёт игра на результат, поэтому стоит относиться к этому соответствующе. Разумеется, в КХЛ возрастает цена ошибки, потому что МХЛ всё-таки создана для развития, а развитие игрока также происходит через ошибки — они идут в опыт. На взрослом уровне ошибаться можно, но очеь редко. Я везде чувствую ответственность перед партнёрами и тренерским штабом, которые мне доверяют, поэтому стараюсь оправдать его, сыграть без ошибок и принести команде победу.
— На чём вы делаете акцент в своих тренировках?
— Стараюсь делать акцент на всём, от техники до физических упражнений, это также большой объём катания, технических элементов, работа в зале над всеми частями тела. В последнее время развиваю игру клюшкой и на выходах.
— С чем связано, что у «Северстали» и «Алмаза» сезон пока выходит заметно хуже прошлого?
— Половину первого месяца я провёл в первой команде, потом вернулся в «Алмаз» и недавно снова был поднят в «Северсталь». В «Алмазе» у нас сильно поменялся состав, средний возраст команды уменьшился. Сейчас в составе много молодых хоккеистов, для которых этот сезон стал дебютным в МХЛ, может они ещё не нашли свою игру. Я всё делаю как обычно, для меня ничего не менялось, просто где-то что-то не получается, не везёт. Ребята не до конца нашли оптимальное взаимодействие, временами присутствует какая-то неуверенность при обороне — это я могу сказать о молодёжной команде, потому что провёл там больше времени. «Северстали» же не хватает реализации и везения. Очень много встреч проиграно в одну шайбу, до сих пор присутствуют глупые ошибки, которые приводят к победным голам соперников. Отчасти это просто невезение, скоро всё должно наладиться.
— Хорошо помните ваше спасение в матче против петербургского «Динамо», которое было признано одним из лучших в МХЛ по итогам сентября?
— Я стараюсь играть уверенно, надёжно — так, чтобы не было каких-то прыжков «последней надежды» и необычных спасений. Помню тот сэйв, там была серия рикошетов, так что мне приходилось метаться из стороны в сторону. Не скажу, что я прям запоминаю каждое своё спасение, оно может просто отложиться в памяти, но я не буду часто пересматривать свои сэйвы. Может гляну один раз, если увижу его в топе или друзья скинут.
«Пробовался вратарём, но меня отговорили и стал защитником»
— Как вы пришли в хоккей?
— В три года меня привели родители. В детской школе сначала учился кататься на коньках, потом стал полевым игроком. Когда начался выбор вратаря — я пробовался, но меня отговорили, и я стал защитником. Через какое-то время снова попробовался в воротах, мне понравилась вратарская тема, в том числе форма. Не то чтобы я хотел меньше бегать, просто понравилось амплуа. Отец был против, но я всё-таки встал в ворота, и не жалею об этом.
— В планах есть раскраска шлема?
— Конечно, хотелось бы раскрасить шлем, что-то прикольное на нём нарисовать. Но это дорогостоящая услуга, пока я молодой и отдавать 60 000 за это не очень хочется, если честно. Пока всё простенько: у меня всё белое, я рад и такому.
— Уже есть задумки что нанести на шлем?
— Я думал об этом. Тренер вратарей «Алмаза» Сергей Владимирович мне задавал такой же вопрос. Это точно будет какая-то стилистика, связанная с клубом. У меня слишком много идей, и ещё нужно будет убедиться, можно ли вообще это рисовать. Я бы написал что-то значимое для себя из моей жизни, связанное с родными. Скорее всего, нарисовал бы что-то из «Звёздных войн».
— Как проходил ваш хоккейный путь?
— У меня всё предельно просто. Начинал в «Снежных барсах», где пробыл до 15 лет; в 14 ездил на просмотр в «Крылья Советов». Там сказали, что я стану вторым вратарём и не буду много играть, из-за этого я остался в «Барсах», провёл там ещё один сезон. Потом поехал на просмотр в «Спартак», провёл два месяца предсезонки, но меня не взяли. А в «Русь» взяли сразу. Я остался там, потихоньку начинал играть в первой группе чемпионата Москвы, провёл там два-три сезона. При выпуске у меня было два варианта. Тогда был карантин, за считанные дни перед моим отъездом в другую команду мне позвонили из Череповца и пригласили на просмотр. Я согласился, прошёл предсезонку и остался в команде. Начинал в «Металлурге», уже через сезон был в «Алмазе».
— Кто-то из ваших знакомых выпускников «Руси» закрепился в МХЛ или КХЛ?
— Илья Иванцов сейчас здесь с нами, Александр Волков в «Локомотиве», Арсений Коромыслов и Владимир Сычёв в СКА, Павел Канаев в «Спартаке». Довольно много игроков, даже если брать только наш год. Так что часто пересекаюсь с кем-то из них на льду.
— Ваш 35 номер имеет какую-то историю?
— Других свободных номеров не было. В «Металлурге» мне просто дали свитер с первым номером, я его не выбирал. В следующем сезоне в «Алмазе» первый номер был занят Константином Шостаком, двадцатый — Артёмом Назаркиным, тридцатый Дмитрием Шугаевым. Из вратарских оставался 35, поэтому я его и взял.
— Есть мнение, что вратари — странные люди со своими особенностями. К вам это тоже относится?
— Не знаю, я обычный парень, не скажу, что у меня какие-то лютые бзики. Ну есть всё-таки парочка. Иногда говорят, что я какой-то отбитый. Но это в шутку, потому что я такой же, как все, у меня нет повёрнутостей, отличающих меня от полевых игроков. Есть отличия, но они базовые, идут сразу в комплекте с этим амплуа.
— Дмитрий Шикин говорил, что вратари — «это особая коалиция, мазохисты, которые любят, чтобы у них были синяки, любят боль». Вы согласны с такой позицией?
— Всё верно (улыбается). Когда люди узнают, что я вратарь, часто спрашивают: «Зачем? Это же больно». Вроде получаешь кайф, но при этом больно, поэтому это определение отчасти подходит к слову «вратарь».
— Как проводите свободное от хоккея время?
— Особо ничем не занимаюсь, могу потренироваться в свободное время. В основном я просто отдыхаю: лежу, что-то могу посмотреть, как-то отвлечься, посидеть с пацанами посмеяться. Сейчас моим хобби можно назвать вождение, потому что уже пора сдавать на права. Поэтому я хожу в автошколу, могу этим заниматься в свободное время. Также можно сходить посидеть с друзьями, в кино. Но очень редко получается куда-то выбраться, потому что мало выходных. Когда в будний день приходишь после тренировки, не хочется никуда идти, просто лежишь, расслабляешься и пытаешься как-то отвлечься от хоккея.
— Увлекаетесь машинами?
— Не скажу, что я ценитель до шестерёнок, просто мне интересны машины: как они работают, базовые вещи, которые должен знать человек при вождении. Не разбираю машины по болтикам, просто иногда нравится посмотреть какой-нибудь обзор на хорошую машину, присмотреть что-то на будущее. Не могу сказать, что у меня есть острая необходимость в машине. Скорее рациональнее вложиться в недвижимость, для меня это в приоритете. Если будет возможность взять за не очень большую цену добротную машину — почему нет?
— Увлекаетесь другими видами спорта, кроме хоккея?
— Люблю иногда глянуть футбол и баскетбол.
— Поделитесь ожиданиями от второй половины сезона.
— Как таковых ожиданий нет, хочу просто как можно больше играть, прибавлять в мастерстве и расти как игрок. Это пойдёт мне только на пользу и поможет в следующем сезоне.
