Дмитрий Шикин в интервью KHL.ru рассказал о работе в межсезонье, игре в Швейцарии и подписании контракта с «Витязем».
Для Дмитрия Шикина последние два сезона получились насыщенными. После пяти с половиной лет в «Сочи» он играл за «Куньлунь» и «Автомобилист», а в феврале 2022 года решил продолжить сезон в Швейцарии. Весной Шикин подписал однолетний контракт с «Витязем», и в интервью KHL.ru рассказал о том, как устроен хоккей в швейцарской лиге и почему он решил вернуться в КХЛ.
«В Хабаровске у меня были щитки, ловушка и блин Малкова»
— Дмитрий, как провели отпуск?
— Отпуск начался в Европе, в Швейцарии. Повезло, что мне быстро помогли оформить документы. Получилось покататься по Европе, мы съездили с семьёй и детьми в «Диснейленд». Побывали в Германии, в Швейцарии.
— Подготовка к сезону уже в России проходила?
— Да, были микротравмы, которыми нужно заниматься. Сначала я дал им покой, чтобы всё зажило немного, и потом уже начал работать над мелкими мышцами. Длилось это где-то до 20 июня, когда я поехал на сборы в Ярославль.
— Речь про какие-то индивидуальные сборы?
— Да, я каждый год туда езжу. Так совпало, что на этих сборах работает мой нынешний тренер вратарей — Андрей Витальевич Малков. Поработали с ним, после этого уже проводил время с семьёй, добрал последние деньки перед сборами с командой.
— Вы работали с Малковым и в прошлом году в таком тренировочном лагере?
— Мы два года работали на этих сборах. Но мы с ним пересекались, ещё когда он играл в Хабаровске. Я тогда был молодым, так вышло, что мне выдали его форму, когда он ушёл из команды (улыбается). У меня были его щитки, ловушка и блин. Тогда это были последние модели, сейчас таких уже не делают. Прикольно было, при удобном случае напоминаю ему об этом. У нас с ним хорошие, рабочие отношения, которые помогут нам позитивно выстроить работу.
— На что вы делали упор во время подготовки к сезону именно на льду?
— В моём случае что-то кардинально менять уже не требуется, больше идёт поддержка физической формы, реакции, выносливости, быстроты. А когда выходишь на лёд, пытаешься вкатиться, войти в ритм, почувствовать ворота, чтобы это занимало меньше времени, когда уже начинаешь тренироваться с командой.
— Летом вы выступали на турнире по хоккею в «три на три». Какие впечатления остались?
— Это замечательная идея. Для ребят, играющих на профессиональном уровне, такие турниры дают возможность поддерживать форму, потренироваться, найти лёд, повидать знакомых, друзей. Сам формат очень интересный. Год назад я играл на турнире по так называемому «шорт-хоккею» — там другие правила, и они далековаты от привычных. Мне с позиции вратаря там было выгоднее играть в поле и встречать соперника где-то на синей линии — там только с паса можно было забивать. А сейчас это было уже приближено к привычным правилам. Очень динамичная, быстрая игра, в которой за 30 минут грязного времени устаёшь не меньше, чем за полноценный матч в КХЛ. Нагрузка на вратарей идёт просто бешенная.
— Как вы реагировали на большое количество пропущенных шайб?
— Тут надо просто отпустить ситуацию. Иногда бывало, когда меня просто разрывали. Это надо принять и не брать на свой счёт. Это просто элемент шоу. Полевые пробуют что-то новое, чего они не могут себе позволить в официальном матче. Потому что их бы просто посадили на лавку. У нападающих развязаны руки, они делают то, что хотят — это зрелищно. Думаю, для любого болельщика приятно большое количество голов. Но не для вратарей.
— Есть ли у такого хоккея будущее, как у отдельной дисциплины?
— Думаю, есть. Знаю, что в Канаде и Америке такие турниры тоже проводятся. Слышал, что вообще хотят сделать такой хоккей олимпийским видом спорта. Это классно, это зрелищно. Может быть, это даст возможность игрокам, которые близки к завершению карьеры, продлить своё время в хоккее, ещё поиграть. Здесь можно провести параллели с пляжным футболом. Там ведь тоже зачастую играют те, кто закончил с обычным футболом. Они немного перестраиваются, и ещё два-три года продолжают выступать на хорошем уровне, поддерживать свою форму.
— Вы видели площадку в Мытищах, на которой проходили матчи турнира КХЛ?
— До Мытищ я не доехал, к сожалению, но площадку видел. Это очень круто, что Лига так хорошо заморочилась. Я знаю, что организация таких турниров стоит немалых средств. Хорошо, что ФХР и КХЛ организовывают эти турниры, обеспечивают быт ребятам, которые приезжают.
— Вы на КХЛовский турнир не попали из-за того, что были на сборах?
— Да, я тренировался тогда в Ярославле. Меня шесть разных команд звали поучаствовать, я был нарасхват (смеётся). Но всё-таки в моём случае было правильнее уделить больше времени индивидуальной подготовке. Плюс на таких турнирах есть риск получить микротравму. И если бы я приехал в клуб с микротравмой, то оставил бы о себе не очень хорошее впечатление.
«У нас командный вид спорта, брать на себя всю ответственность не могу»
— Прошлый сезон вы начинали в Екатеринбурге. По прошествии времени понимаете, что происходило с «Автомобилистом» по ходу чемпионата?
— Сложно размышлять об этом. На бумаге у нас был сильный кубковый состав, с хорошими шансами. Но что-то пошло не так. Где-то у нас не срослось и не связалось. Поначалу мы двигались неплохо, но к финальной части чемпионата произошли провалы, которые не позволили выйти в плей-офф. Плюс ещё эта ситуация с коронавирусом, досрочным завершением сезона, олимпийской паузой. Всё неприятно сложилось. Осталось чувство недосказанности, мы хотели побороться, сплотились как команда и были готовы биться за попадание в плей-офф. В любом случае, что-то позитивное от проведённого времени в Екатеринбурге я вынес. Хочу сказать большое спасибо игрокам и руководству «Автомобилиста».
— По ходу сезона произошла отставка главного тренера Билла Питерса. Она как-то повлияла на команду?
— Возможно, если бы отставка произошла чуть раньше, это нас быстрее мобилизовало и сплотило. В любом случае, пусть судит руководство, не возьму на себя ответственность это комментировать. Всё сложилось так, как сложилось.
— Доводилось слышать мнение, что одной из причин неудачного выступления «Автомобилиста» было отсутствие единства в коллективе. Что можете об этом сказать?
— Нет, такого не было. Все ребята друг с другом общались, мы были достаточно близки, находясь в команде и вне её. Мы всё время были вместе, на какие-то мероприятия ходили. Не сказал бы, что мы не сплотились. Может быть, просто у кого-то были личные цели, которые ставились выше командных.
— По ходу сезона вашу вратарскую бригаду с Владимиром Галкиным пополнил Юхан Маттссон. Для вас это было неожиданным?
— Руководство в этой ситуации можно понять. У нас с Галкиным был определённый кредит доверия, мы прекрасно понимали, кто и когда играет, в нас верили. Поначалу всё было нормально, но постепенно команда стала скатываться в яму. Возможно, и наша с Галкиным вина есть, но у нас командный вид спорта, брать на себя всю ответственность не могу. В принципе, это было логичным решением — как-то взбодрить команду подписанием вратаря-легионера.
— А назначение Николая Заварухина не должно было взбодрить команду?
– Он пытался спасти наше положение, многое сделал и многое пытался поменять. Начиная от тактики и заканчивая какими-то бытовыми нюансами. Но ему, наверное, не хватило времени. Дай бог, чтобы у него всё получилось в новом сезоне.
«Тренер вратарей занят ещё на двух работах»
— Вы завершали сезон уже в Швейцарии. Как возник этот вариант?
— Пока не было решения по поводу продолжения сезона, мне пришло предложение от «Спарты». Тогда мой агент связался с руководством «Автомобилиста», но меня не отпустили, потому что оставался вариант продолжить сезон и побороться за плей-офф. Позднее было принято решение о завершении регулярного чемпионата, и мне поступило предложение от швейцарского клуба «Биль-Бьенн». Особо долго не раздумывал, руководство не препятствовало, мы расторгли контракт, и я поехал в Швейцарию. Там за российскими игроками закрепилась не очень хорошая слава, поэтому хоккеисты из России не были особо востребованы в этой лиге. Нужно было эту ситуацию как-то менять, и я не пожалел, что поехал и получил этот опыт. Я мог остаться в «Автомобилисте» и просто тренироваться, но здесь стоял выбор: либо я тренируюсь восемь месяцев до следующей игры, либо пользуюсь возможностью продлить сезон и ещё немного поиграть. Я всегда был за то, чтобы играть, поэтому поехал.
— Тогда уже действовали полётные ограничения, как вы добирались?
— Из Екатеринбурга я полетел в Хургаду, в Египет. Там была пересадка 16 часов, потом я полетел до Стамбула, а оттуда в Цюрих. И из Цюриха ещё пару часов на машине. Приключение было фантастическим. Когда меня встретили в Биле, я сразу попросился на лёд. Хотелось понять, смогу ли я надеть коньки после того, как 38 часов добирался до этого места.
— Какой там уровень хоккея?
— Видно, что он прогрессирует. Команды играют в очень быстрый, современный хоккей. Всё нацелено на атакующие действия, об обороне особо не думают. У нас в КХЛ в основном две тройки атакующие, и ещё две — сдерживающие, которые бегут, бьют, толкаются. А в Швейцарии, что меня удивило, все четыре звена играют на атаку. Было очень интересно — и одновременно сложно — играть. В целом швейцарский хоккей оставил благоприятные впечатления.
— Что для себя отметили в первые дни пребывания?
— Когда я приехал, там уже не было никаких ковидных ограничений, их как раз только сняли. Полный стадион болельщиков, они не замолкают ни на секунду, поют. Сравнить можно с футбольными матчами. Люди просто кайфуют на хоккее, но в целом всё очень культурно. Минимум охраны, фанатские сектора — стоячие, они огорожены от обычных трибун. Атмосфера очень крутая.
— Как там устроен быт для игроков?
— Все бытовые вопросы клуб берёт на себя. По приезде мне выделили небольшую машину и апартаменты в гостиничном комплексе, потому что в первое время я был без семьи. Когда прилетела жена с детьми, дали и машину побольше, и клубные апартаменты с видом на Альпы. Знаю, что у некоторых ребят прописана даже компенсация за питание семей, там очень дорогие продукты.
— Все выезды — на автобусе?
— Да, мы утром проводили раскатку на своей арене, отдыхали немного и потом на клубном двухэтажном автобусе ехали на игру. Автобус с кухней, есть возможность перекусить.
— Как организован тренировочный процесс?
— Вот это важно. Меня он не оттолкнул, но ребята помоложе наверняка задумались бы. Там практически нет вратарских занятий. Тренер вратарей в нашей команде имел ещё две второстепенные работы — он занимался покраской шлемов и работал в продуктовом магазине. Он появлялся только на играх. И в команде нет доктора, там нужны специальные лицензии. Есть два массажиста-парамедика, которые имеют доступ к определённым медикаментам.
— Языкового барьера не возникало?
— После игры за «Куньлунь» — нет, я там хорошо подтянул язык. Здесь со мной в команде был Микс Индрашис, он помогал в каких-то деталях, при общении на медицинские темы, например.
— Клуб предлагал продлить контракт, или приоритетом было возвращение в КХЛ?
— У нас в плей-офф получилась хорошая серия с «Цюрихом», где играл Якуб Коварж. По-хорошему, наша команда должна была проходить дальше, но сложилось иначе, мы проиграли в седьмом матче. После последней игры сезона было собрание, меня вызвали генеральный менеджер и главный тренер, и выразили желание продолжить сотрудничество. Разговор шёл о долгосрочном контракте, но я ответил, что хочу посмотреть, буду ли востребован в КХЛ. Мы взяли паузу в переговорах, всё обдумали и поняли, что для семьи будет лучше вернуться в Россию. Если б я остался там и подписал долгосрочный контракт, то после него уже вряд ли бы вернулся в КХЛ. И как раз во время этой паузы на меня вышел «Витязь». Были ещё другие предложения, но мы быстро нашли точки соприкосновения.
— Сложилось впечатление, что болельщики «Биль-Бьенна» разрывали ваши соцсети после завершения сезона.
— Ещё пара месяцев, и я там стал бы легендой (смеётся). Там, где я играл, люди уже знают, что после матчей я катаю своих детей на руках, швейцарцам это понравилось. Мне постоянно писали, звонили, на улице подходили. Болельщики — это живой организм. Чтобы завоевать их, обычно нужно время. А здесь всё произошло в короткие сроки, для меня это было приятным шоком. Мне нравилось находиться в этой атмосфере и быть вместе с болельщиками. Там весь город живёт хоккеем.
«Хорошо, что я знаком с требованиями Буцаева»
— Судя по вашему опыту работы в летних лагерях с Андреем Малковым, он был инициатором вашего приглашения в «Витязь»?
— Перед подписанием контракта мы с ним не общались, он не звонил. Давал ли он рекомендации генеральному менеджеру? Возможно; это надо спрашивать у него. Во всяком случае, мы друг друга знаем достаточно давно и прекрасно представляем, что друг от друга ожидать, как вместе работать. Думаю, это поможет и мне, и ему хорошо поработать, и провести сезон на благо команды.
— Когда вы подписывали контракт, ещё не было понятно, кто будет главным тренером?
— Да, информации не было. Я знал, что есть тренер вратарей — Андрей Витальевич Малков, и что я с ним буду работать. Поиграв во многих командах, я уже научился подстраиваться под любого главного тренера. У всех есть свои нюансы, но это не какая-то неразрешимая задача. Я всегда подстроюсь и сделаю всё, чтобы помогать команде.
— Вы позитивно отреагировали на новость о назначении Вячеслава Буцаева?
— Да, мы работали с ним в «Сочи». Хорошо, что я знаком с его требованиями, могу что-то и ребятам подсказать.
— Цель на сезон себе уже поставили?
— Нужно помогать команде и стараться попасть в плей-офф. Думаю, это минимальные задачи — как мои, так и командные. А дальше, с достижением этих задач, будем ставить ещё выше.
Досье
Дмитрий Шикин
Родился 28 августа 1991 года в Электростали.
Карьера: 2006-09 — «Кристалл» Электоросталь, 2009/2010 — «Ермак», 2010 — «Амурские тигры», 2010-12 — «СКА-1946», 2011-13 — ХК ВМФ, 2013 — СКА, 2013/2014 — ВМФ-Карелия, 2014 — «Атлант», 2014-20 — «Сочи», 2015 — «Буран», «Дизель», 2020/2021 — «Куньлунь», 2021/2022 — «Автомобилист»), 2022 — «Биль-Бьенн» (Швейцария).
Достижения: победитель молодёжного чемпионата мира (2011).
