Арбитр Станислав Раминг в интервью KHL.ru рассказал о предстоящей защите диссертации, хоккее в Новоуральске, приходе в судейство и вспомнил, как в день рождения добирался из Новокузнецка и Екатеринбург на электричке и поезде.
Старшие коллеги характеризовали Раминга как человека с несколькими образованиями, который стремится к развитию.
– Приятно, что товарищи об этом знают, помнят и хорошо о тебе отзываются, – ответил он.
В свое время Раминг предпочел хоккею учебу. Но все-таки любимая игра взяла свое и забрала молодого парня в судейство. В то же время наш собеседник продолжает учиться и скоро должен защитить диссертацию. Но она, опять же, связана с хоккеем.
«В Новоуральске построили хороший стадион, а нам запрещали бросать по бортам – мол, все чистое, новое»
– Расскажите о вашем образовании поподробнее.
– Все началось в 2005 году, когда я поступил на экономический факультет Уральского государственного университета. Затем, через небольшую паузу, пошел в магистратуру на кафедру менеджмента в спорте. А после нее – в аспирантуру, биологические науки, физиология. После ее окончания получил диплом преподавателя. В ближайшем будущем планирую защищать диссертацию, чтобы получить ученую степень кандидата наук. Кстати, мой научный руководитель – министр спорта Свердловской области.
– На какую тему диссертация?
– Алгоритмизация подготовки хоккейных арбитров. Это о том, как лучше готовить молодых судей в России и отбирать их для работы в профессиональных лигах. Текст написан. Теперь идут различные бюрократические процедуры. Длится все уже долго. Надеюсь, когда-нибудь закончится (смеется).
– Зачем вам судейство?
– Я же в хоккее с детства. Жил в маленьком городе, потом переехал в Екатеринбург, поступил в университет. И оказалось, что у моего однокурсника отец занимался судейством еще в советское время. Он и предложил мне попробовать поработать арбитром.
– Маленький город – это Новоуральск?
– Да, раньше назывался Свердловск-44, около 80 км от Екатеринбурга. Там я и пошел в хоккейную школу, дошел до команды мастеров, поиграл в ней сезон, закончил и поступил в университет.
– Помнится, в конце 1990-х и начале 2000-х в Новоуральске была команда Высшей лиги «Кедр».
– «Кедр» играл в Вышке почти до середины 2000-х, а потом стал «падать» ниже – первая лига, первенство области. Мы в свое время с ребятами активно ходили на команду мастеров. В 1999 году, помню, построили хороший крытый стадион. Для нас, 12-летних, это был шок. Помню, нам запрещали бросать по бортам – мол, все чистое, новое (смеется). Хорошие воспоминания. Школа работает до сих пор.
– Есть ли у нее воспитанники, заигравшие на самом высоком уровне?
– Из последних – Алексей Макеев, который выступает за «Автомобилист». Мы занимались у одного тренера – Виталия Алексеевича Плешкова, который вел две команды – мою 1987-го и 1991-го, где был Алексей. С ним мы дружим, общаемся, стараемся устраивать в Новоуральске выставочные матчи, мастер-классы, в общем, популяризировать хоккей.
– Вы играли за «Кедр», когда он выступал в первой лиге. Что там за хоккей?
– Тогда первая лига была разделена по географическому принципу, и в ней, в основном, выступали фарм-клубы команд Суперлиги. Мне больше запомнилась вторая лига, где я играл за вторую команду «Кедра». Вот там интересно – открытые площадки, на улице – минус 25, на трибунах болельщики, которые кидались в соперников снежками. И ты в 16 лет играешь против мужиков. Вот это было здорово, вот это запомнилось.
«Помню первое вбрасывание. Меня трясло настолько, что я бросил шайбу мимо точки»
– Почему уже в 2005 году завершили карьеру?
– Все вроде шло неплохо. В команде своего года рождения все время был капитаном. Попал в основной состав. Приглашали на предсезонку клубы Высшей лиги. Но душа смотрела в сторону образования. Наверное, сказалось то, что мама всю жизнь отработала в этой сфере и направила меня в это русло, за что ей большое спасибо. «Нужно учиться, сын», – говорила она.
– Историю прихода в судейство вы уже рассказали. Как все складывалось дальше?
– Начал судить со второго курса, с 2006 года. Вскоре наступил перерыв. Фактически я закончил. Тяжело было смириться со всеми аспектами психологического давления на судей. Работал с любителями, с детьми, на первенство города. Вокруг крики, претензии, оскорбления. А я – человек эмоциональный. Когда играл – ругался, спорил. А тут хочешь ответить, но нельзя. Мне было некомфортно. Не понимал, как себя вести. Все-таки, мне было 17-18 лет, гормоны «играют». Подумал: «Зачем мне это нужно?»
– Как вернулись?
– Благодаря папе. Через полгода он меня спросил, что с судейством? Ответил, что решил «завязать». Отец провел со мной беседу, все объяснил и вернул к работе. За это ему огромное спасибо.
– Сейчас справляетесь с психологическим давлением без проблем?
– Да. Работа нравится максимально. Я там, где и должен быть.
– Чтобы было после возвращения в судейство?
– С 2007-го я начал судить осознанно и упорно. Брался за всё – любые матчи. В сезоне 2007-2008 отсудил, наверное, игр 150-200. В те годы первой профессиональной лигой для судей считалась Высшая. Чтобы попасть туда, нужно было пройти отбор через Всероссийские соревнования среди детей. Я его прошел и с 2008-го, с 20 лет, стал работать в Вышке. Два сезона отсудил там. После этого взяли в КХЛ, где семь лет был линейным. Потом два года главным в ВХЛ. И вот четвертый сезон главный в КХЛ.
– Какая-то история запомнилась особо?
– Год, примерно, 2015-й или немного раньше. Я родился 27 декабря, а на 26-е мне поставили игру в Новокузнецке, чтобы 27-го утром я через Москву вылетел в Екатеринбург, днем был дома и встречал день рождения. Но в Москве прошел ледяной дождь. Возник жуткий коллапс. Самолеты не принимали. Пришлось после игры, уже ночью, думать, как добираться домой, покупать новые билеты. В итоге ехали с напарником на электричке Новокузнецк – Новосибирск. Когда вошли – никого. Легли на сидения, уснули. Открыли глаза – весь вагон забит народом. В Новосибирске сели в поезд до Екатеринбурга, где я и встретил день рождения.
– Каким был дебют в судействе на уровне КХЛ?
– Первый матч в качестве линейного – 11 сентября 2010 года, «Металлург» – «Трактор». Помню первое вбрасывание. Меня трясло настолько, что я бросил шайбу мимо точки. Хоккеисты посмотрели на меня с удивлением и побежали бороться. Главным дебютировал в день рождения мамы – 12 сентября 2019 года на матче «Спартака» с рижским «Динамо».
«Рассчитываю поработать на матчах Кубка Гагарина, а если рассуждать глобально, то хочу судить на Олимпиаде»
– В 2014 году главный тренер «Торпедо» Петерис Скудра охарактеризовал вашу работу в игре с ЦСКА (3:5) словом «шапито».
– Прекрасно помню ту игру. Центральная встреча дня, показывали по телевидению. И я пропустил очевидное вне игры. ЦСКА забил гол, который повлиял на исход матча. Меня отстранили на три игры, напарника – на одну. Но ошибки допускают все. Главное – делать выводы.
– С нынешними технологиями такой ошибки удалось бы избежать.
– Сейчас в такой ситуации я бы, конечно, отправился смотреть повтор. Технический прогресс помогает. Сопротивляться ему не нужно.
– Та ошибка – самая грубая?
– На чемпионате мира в Минске было хуже. Швейцария играла с США – великолепная атмосфера, полные трибуны. Свистка порой не слышно. Вроде зафиксировал вне игры, но швейцарцы продолжили играть, забили гол. Естественно, его отменили. А потом – еще один такой же эпизод, только свистел напарник. После матча посмотрели повторы – не было ни первого, ни второго офсайда. Да, все решали миллиметры. Даже с повторами не с первого раза разберешь. Но все равно, получилось, что «отняли» у Швейцарии две шайбы и она проиграла 2:3. Вот это засело в памяти на всю жизнь.
– Работа на чемпионате мира 2014 года – ваш единственный международный опыт?
– Еще работал на молодежном чемпионате мира в Уфе в 2012-2013 годах. Отбирался на Олимпиаду в Сочи, но конкуренция была очень серьезная. Там ведь работали еще и судьи из НХЛ. Сказали, что на всю Европу лайнсменам дадут всего семь мест. И что один из критериев – работа на взрослом мировом первенстве. А такого опыта у него тогда еще не было.
– В 2017 году вы судили Матч звезд в Уфе. Что запомнилось?
– Дорога (смеется).
– Тогда в Уфе поднялась сумасшедшая метель. Многие самолеты садились в аэропортах соседних городов, а участники матча добирались на такси.
– Я изначально поехал с женой и друзьями на машине из Екатеринбурга. Хотели спокойно приехать за день до игры, посмотреть конкурсы. А дорога идет через перевал. На подъезде к нему выяснилось, что трасса закрыта, случилась авария, жуткая пробка. В итоге поехали в объезд – по льду через речку. Ехали вместо пяти часов десять. Конкурсы к тому времени уже закончились.
– Какие цели ставите перед собой как главный судья?
– У клубов КХЛ есть задача попасть в плей-офф. У меня такая же (смеется).
– Пока матчи Кубка Гагарина вы действительно не судили.
– Дело в том, что в первые три года работы у судьи двусторонний контракт – КХЛ/ВХЛ. С таким соглашением, как правило, судьи плей-офф КХЛ не обслуживают, в это время работают в Вышке. В этом году у меня, наконец, контракт односторонний, поэтому рассчитываю поработать на матчах Кубка Гагарина. А если рассуждать глобально, то хочу судить на Олимпиаде. Когда-то же мы вернемся на международную арену.
– Уровень судейства в КХЛ растет?
-– Безусловно. Я судил чемпионат мира, различные другие турниры ИИХФ, Лигу чемпионов, европейские чемпионаты, мне есть с чем сравнивать. В КХЛ очень высокий уровень судейства. И с каждым годом становится все лучше, причем, семимильными шагами. Ребята видят отношение Лиги, поэтому следят за собой, готовятся, работают, растут. Дальше будет еще лучше.
Досье
Станислав Анатольевич Раминг
Родился 27 декабря 1987 года в Свердловске-44 (Новоуральск)
Карьера: матчи чемпионата КХЛ обслуживает с 2010 года. С 2019-го – в качестве главного судьи. Всего провел более 300 игр.
Достижения: работал на чемпионате мира 2014 года.
