Вратарь «Сибири» Антон Красоткин рассказал о выборе на Фонбет Матч Звёзд КХЛ, изменившейся роли, работе с кумиром детства Егором Подомацким и помощи нутрициолога.
После прошлого сезона, когда Антон Красоткин и Денис Костин делили игровое время почти поровну, у «Сибири» появился ярко выраженный первый вратарь. Красоткин проводит большинство матчей, входит в десятку лучших вратарей чемпионата по проценту отражённых бросков, а в начале декабря впервые примет участие в Фонбет Матче Звёзд КХЛ.
«Я в шоке, что буду принимать участие в Матче Звёзд»
— Видео, в котором вы удивляетесь попаданию на Фонбет Матч Звёзд — это не постановка?
— Я правда не был в курсе. Перед тренировкой увидел нашего пресс-атташе. Он начал спрашивать меня про Матч Звёзд. Конечно, я в шоке, что буду принимать участие в нём!
— Следили до этого за ходом голосования болельщиков и журналистов?
— Если честно, то времени не было. Календарь напряжённый, игры через день, к тому же у нас была не самая удачная серия. Мысли были только о восстановлении и о том, как выправить командную игру.
— Считается, что Матч Звёзд для вратарей — не праздник, а мука. Можно ли получать удовольствие, когда тебе забивают по восемь голов?
— Думаю, всё, что связано с хоккеем, способно приносить радость. Уверен, что все — болельщики, тренеры, полевые игроки и тренеры — получат от Матча Звёзд удовольствие.
— Нет ли желания вместо поездки в Санкт-Петербург просто отдохнуть дома, перевести дух?
— До этой паузы ещё много времени, посмотрим. Но я считаю, что эмоции можно найти в любом роде деятельности: и в пассивном отдыхе, и в поездке на Матч Звёзд — тем более, что для меня это первый раз. Думаю, там получится зарядиться положительными эмоциями и с новыми силами вернуться в «Сибирь».
«Чем более открытым будет хоккей — тем интереснее для всех»
— В среднем в створ ваших ворот в этом сезоне наносят 33 броска против 26 в прошлом. Чувствуете эту разницу?
— Да, чувствую. Но, если так подумать, то это всего семь бросков разницы — не так уж и много.
— Когда ещё весной было объявлено, что «Сибирь» меняет вектор на атакующий, поняли, что у вас будет больше работы?
— Конечно, когда узнал о смене тренера и стал получать информацию, было интересно, как всё будет. Но как бы себя ни готовил — не знаешь, насколько предположения совпадут с реальностью.
— И насколько они совпали?
— Что самое главное в хоккее? Побеждать и доставлять радость болельщикам. Так что, чем более открытым будет хоккей — тем интереснее для всех.
— Часто ли вы осознанно пытаетесь начинать атаки?
— Непосредственно та голевая передача, которую записали мне в этом сезоне, родилась из того, что я просто остановил шайбу, а её подхватил Фёдор Гордеев и выдал свой шикарный проход. А так, игра клюшкой в современном хоккее — необходимость. Со стороны соперников, как правило, идёт активное давление на защитников, а значит им нужна помощь со стороны вратаря.
— Кого считаете лучшим вратарём по игре клюшкой?
— Игоря Шестёркина, прежде всего. Кроме того, последние годы Майк Смит в этом был хорош.
— В глазах темнеет после того как шайба попадает в голову — как было в матче против «Спартака»?
— Смотря как попадёт. Когда шайба вылетает из-под игроков и попадает в подбородок — на секунду-две теряешься, может случиться небольшой нокдаун.
— Дайте рецепт молодым вратарям: как избавиться от боязни шайбы?
— У меня страха никогда не было. Вратарь не должен бояться шайбы. С таким страхом очень тяжело играть в воротах.
«Из-за десятибалльных пробок бежал на игру со «Спартаком» около двух километров»
— Расскажите, как на матч со «Спартаком» вы из-за пробок бросили машину и бежали на стадион.
— Весело было (смеётся). Я стараюсь заранее выезжать. И в тот день выехал как обычно. Однако в городе были пробки. Две машины столкнулись лоб в лоб и перегородили проезд. Движения вообще не было, десятибалльные пробки! Пришлось действовать по интуиции. Заехал в какой-то двор, оставил там машину и побежал до арены через мост. Где-то в километре от меня был Коля Прохоркин, думал к нему подсесть, но он сам застрял в пробке. В итоге я пробежал приличную дистанцию, около двух километров. Потом, когда увидел, что эвакуаторы растаскивают машины и поток постепенно начинает двигаться, написал Прохоркину, успокоил, что скоро он поедет. Коля меня в итоге и подобрал. Успели к собранию, пусть и на тоненького.
— Как такая «разминка» сказывается на игре?
— Даже не разминка, а полноценная тренировка! Хотел бы я сказать, что не сказывается, но слукавил бы. Нужно уметь справляться с разными жизненными ситуациями, адаптироваться под обстоятельства.
— Что происходило с вами после того как в матче с московским «Динамо» вы пропустили курьёзный гол?
— Главная задача вратаря — оставлять голову холодной. Хоккей — это быстрая игра, всё постоянно меняется. Каким бы курьёзным ни был гол, нет времени расстраиваться. Наверное, у меня это первая такая курьёзная шайба. Так что большого опыта переживаний таких моментов нет. Надеюсь, и не будет.
— Причина в качестве льда, или шайба как-то по-особенному летит?
— Ни в коем случае это не лёд и не шайба. Никто в этом не виноват. Хоккей — такая игра, что в ней может произойти самое невероятное.
— Кто-то из игроков специализируется на дальних бросках с отскоком от льда?
— Сразу могу вспомнить Максима Чудинова: у него шайба летит не по прямой траектории, а вверх-вниз. Можно сравнить с броском Андрея Кутейкина.
«Подомацкий — человек, благодаря которому я встал в ворота»
— Егор Подомацкий — главный авторитет для вас в профессиональном плане?
— Думаю, да. Всё-таки это человек, благодаря которому я встал в ворота. Глядя на его игру, я полюбил это дело. У него есть чему поучиться.
— Ваш отец, игравший на позиции защитника, как тренер каким-либо образом на вашу карьеру влияет?
— Как родитель он, разумеется, переживает за своего ребёнка. Из-за того, что мы представители разных амплуа, какие-то нюансы он подсказать не может. Однако это не мешает ему поддерживать меня.
— Когда Егор Подомацкий сменил на должности тренера вратарей Вадима Тарасова, ваше мнение спрашивали? Вы знали о его пришествии до официального назначения?
— Нет! Для меня эта новость стала приятным шоком. Был в отпуске, сплю. Просыпаюсь от звонка друга «Видел, кто у тебя тренер?». Понять поначалу ничего не мог. Зашёл в интернет, прочитал. Разумеется, обрадовался.
— Вы случайно не выполняете ли для Максима Подомацкого роль старшего товарища или, может быть, брата?
— С Максимом мы давно знакомы, периодически общаемся. Ему какая-то опека и помощь не нужна, так как Егор Геннадьевич рядом. Он скорее у отца может что-то перенять, чем у меня.
«Только благодаря внутреннему голосу можно прийти к тому, чтобы что-то изменить»
— Вы как-то по-особенному готовились к сезону, чтобы выдерживать возросшую нагрузку?
— Моя подготовка строится вместе с тренером по физподготовке. Так что её фундамент был неизменным. Просто подкорректировали некоторые нюансы.
— Вы пользуетесь услугами нутрициолога?
— Нет какой-то одной таблетки, которая поможет. Комплексная работа с Марком, моим нутрициологом, определённо пошла на пользу. Многие процессы я переосмыслил. Теперь намного лучше ощущаю себя психологически и физически. Не секрет, что игра — это большой стресс. После матчей мне раньше было сложно уснуть. Сейчас удалось нормализовать сон.
— Благодаря питанию?
— В том числе. Спортивные добавки, правильное питание, сон — много чего.
— Как проходила ваша работа?
— Раз в месяц я сдавал определённые анализы, и на их основе выстраивали дальнейшую программу.
— Что стало поводом обратиться к нутрициологу?
— Конкретного повода не было. Я к этому пришёл постепенно и осознанно. Какие бы ни были стереотипы, только благодаря внутреннему голосу можно прийти к тому, чтобы что-то изменить.
— Мода или чужие примеры влияют?
— Мир идёт вперёд, появляются новые технологии. Раз доказано, что нутрициология помогает, то нужно этим пользоваться. При этом помогает не только в хоккее, но в жизни: быть здоровым, бодрым и счастливым.
— И всё-таки, вас беспокоила собственная выносливость?
— Такого критерия не было. Я не считал, что как-то плохо себя чувствовал после второй или третьей игры подряд. Но мне не было с чем сравнивать. Теперь, поработав с нутрициологом, чувствую разницу.
— Отказаться от какого продукта было сложнее всего?
— А я никакие продукты и не убирал из своей жизни. Весь смысл в том, чтобы найти правильный баланс. Если полностью в чём-то себе отказывать, то организм рано или поздно даст сбой. Не надо есть целый торт, съешь кусочек, если так хочется. Я, конечно, сбросил вес, но это не было основной задачей в нашей совместной работе. При правильном питании не то что сбрасываешь вес, а улучшаешь состав тела, в том числе процент жира.
— В прошлых командах Дэвида Немировски, как говорили, под запретом были сладкие морсы. А как с этим в «Сибири»?
— У нас в принципе правильное отношение к сахару. Его практически убрали из меню. В межсезонье, когда пришёл Немировски, скорректировали питание. Я считаю, что стало лучше.
«У Сятери очень хорошая черта — быстро всё забывать»
— Каковы были ваши эмоции, когда в 2022 году перед плей-офф Харри Сятери и другие легионеры покинули «Сибирь», и вы стали первым номером?
— Скорее, воодушевление. Любой спортсмен, сколько бы ни тренировался, хочет играть. Матчи — это венец всех усилий. Никто не знает, когда выпадет шанс. В этом и прелесть жизни, и хоккея в частности. Нужно быть готовым ухватиться за этот шанс в любой момент.
— Вы что-то взяли от Сятери — в плане техники или ментальности?
— Конечно! Я многому у Харри научился. Он большой профессионал своего дела, олимпийский чемпион. Сятери много работал, было приятно наблюдать за его отношением к делу. У него была очень хорошая черта — быстро всё забывать. Что бы ни происходило вчера, на следующий день встаёт солнце и Харри снова готов работать.
— Однажды после поражения Александр Салак разгромил световую установку, стоящую на выходе со льда. Какой-то инвентарь страдал от Антона Красоткина?
— Нет, ни разу такого не было! (смеётся). Я не такой человек, что буду что-то крушить-ломать. Всё происходит внутри.
— Как вы настраиваетесь на матч?
— Я стараюсь просто насладиться каждым мгновением игрового дня. В нём есть свой шарм, интрига. Есть собрание, разные командные ритуалы — стараюсь во всём искать нечто особенное. Ведь карьера хоккеиста не вечна.
— Кто, на ваш взгляд, сейчас лучший вратарь КХЛ?
— Много достойных, но если необходимо выделить одного, то я назову Женю Аликина. Он уже много лет показывает стабильный уровень игры, мне нравится его игра. Сменив команду, он продолжает доказывать, что является классным вратарём. На мой взгляд, лучшим в КХЛ.
— У вас есть с кем-то дружеское противостояние, как у Аликина с Анатолием Голышевым — до перехода Евгения в «Автомобилист»?
— Пожалуй, с Кириллом Ворониным из «Торпедо». На мой взгляд, он самый быстрый игрок в КХЛ. Мы с ним давно знакомы. В том году он мне забил, в этом — не удалось.
— Почему у вас обычно не складываются матчи против «Локомотива»?
— Когда-то нужно ломать традиции. Если тренеры доверят, то я с радостью сыграю. Конечно, хочется обыграть родную команду.
— Для вас было неожиданным, как вас отпустили из Ярославля?
— Это наша хоккейная жизнь. Тогда я это осознавал и был готов оказаться в другой команде. С переездом в Тольятти у меня началась новая глава в карьере и жизни.
— Есть ли мечта когда-нибудь вновь выйти на лёд в качестве вратаря «Локомотива»?
— Сейчас все мои мысли только об одной команде — о «Сибири». И других мыслей нет.
— И не было?
— Нет. А что будет дальше? Не знаю. Я в «Сибири» счастлив. Отличный город, отличная команда, отличные болельщики. Что ещё нужно?
Досье
Антон Дмитриевич Красоткин
Родился 20 мая 1997 года в Ярославле
Карьера: 2013-17 — «Локо» (МХЛ), 2015-17 — «Локомотив», 2017/2018 «Лада», 2018-20 — «Адмирал», с 2020 — «Сибирь»
Достижения: обладатель Кубка Харламова (2016), бронзовый призёр молодёжного чемпионата мира (2017)
