Вадим Шипачёв обогнал Сергея Мозякина и стал лучшим бомбардиром в истории Лиги. В интервью KHL.ru Шипачёв рассказал о своей карьере.
В матче с «Северсталью» центральный нападающий минского «Динамо» Вадим Шипачёв набрал одно очко и побил рекорд Сергея Мозякина. Теперь на его счету 929 очков. О том, как Шипачёв стал лучшим бомбардиром в истории КХЛ, а также о своей насыщенной карьере, он рассказал в интервью KHL.ru.
«Есть нелюбимая сторона хоккея — предсезонные сборы, но я искренне люблю эту игру»
— Евгений Бирюков, который первым отыгравший 1000 матчей в КХЛ, сказал, что весь секрет в том, чтобы кайфовать от хоккея и не воспринимать его как работу. А каков ваш рецепт?
— Тоже самое, по большому счёту. Есть, конечно, нелюбимая сторона хоккея — предсезонные сборы (смеётся). Но я искренне люблю эту игру. Ездишь по разным городам, занимаешься любимым делом, помогаешь выигрывать своей команде. Кайф же!
— У многих перед рекордами и юбилеями начинается ступор. Вы переживали что-то подобное?
— Конечно же, вы же видели. Вроде бы делаю всё тоже самое, готовлюсь как прежде, а очки набирать удаётся с огромным трудом. Вроде и создаёшь моменты, но не идёт. Отвлекаешься от рекорда, а потом пресса напоминает! Я с этим непростым периодом в этом сезоне столкнулся.
— Есть мнение, что вам нужно безлимитное доверие, роль первой скрипки. Что только при 20 минутах за матч Шипачёв будет Шипачёвым.
— Звание первой скрипки, первого центра — его ведь тоже надо заслужить. У нас вся команда сейчас играет в среднем по 15 минут. Бывают удаления, другие факторы. Конечно, хочется играть как можно больше. Но значит надо с первых минут матча показывать себя. Тренер это увидит и будет тебе доверять. Если будешь возить трусы и привозить голы в свои ворота — никто тебе 20 минут не даст.
— Когда вы впервые задумались о том, что реально превзойти достижение Сергея Мозякина?
— Не помню, когда впервые об этом зашла речь. По-моему, в мой первый сезон в Казани. Тогда кто-то написал, что вот — осталось 100 очков до Мозякина. Эту тему подняли журналисты и стали постепенно раскручивать. Прошёл сезон, и стало понятно, что на следующий год можно уже побить рекорд. Если сильно постараться. И с прошлого сезона пресса стала регулярно подкидывать информацию, сколько осталось до Сергея.
— Сколько из 929 набранных очков вы помните, какие стоят особняком?
— Первое очко, конечно же. Вызвали на игру, и удалось заработать результативный балл за пас. По борту вроде бы закинул шайбу, получилось очко за вторую передачу. Вспоминается и первый гол. Забил его в ворота ЦСКА Косте Барулину. В Питере много хороших комбинаций разыгрывали. Половину набирал в большинстве, где мы уже на автоматизме чертили плюс-минус одно и тоже. Все не вспомнишь, но много хороших моментов было и в «Динамо», и в «Ак Барсе».
«Шипачёва-центра могли потерять. Я мог потеряться и вообще закончить»
— Расскажите, какой вы запомнили Суперлигу?
— Тоже была крутая лига. Все молодые стремились в неё попасть, пробиться в первую команду. Я сам всегда смотрел за играми «Северстали». На самом деле, в Суперлиге я сыграл не так уж много матчей. Большая часть карьеры связана с КХЛ. Классно, что тогда к топовым российским клубам добавились команды из Риги, Минска и Астаны. Были такие сильные команды как «Лев» и «Йокерит», интересный «Медвешчак» и другие. Наш турнир вышел за пределы России. Мне, молодому пацану, было чертовски интересно съездить за рубеж, поиграть против сборников других стран!
— Мы могли потерять вас как центра, из-за того, что на старте карьеры вас в «Северстали» пробовали на фланге?
— Могли потерять, безусловно. Я мог потеряться и вообще закончить! На самом деле, к лучшему, что дали поиграть на краю. Всё-таки в центре тогда в «Северстали» была запредельная конкуренция. У нас звено было: я, Коля Бардин и Витя Тихонов. Нормально было и на фланге! Учился у старших: у того же Бардина, у Юрки Трубачёва, Миши Якубова, Олега Губина. Потом поставили в центр и начало получаться. Сейчас похожая ситуация, кстати, в Минске. У нас много кто может в центре играть, а выходят на краю. Это нормальное явление.
— А каким защитником вы могли стать?
— В защите у меня тоже получалось неплохо. Играл, в основном, за счёт передач, видения игры. До тех пор, пока остальные не выросли. Я был маленький, не хватало ростика. Поэтому тренер меня перевёл в нападение. Если бы остался в защите, то был бы защитником-игровичком. Всё-таки выступать в роли классического защитника, который проводит силовые приёмы, это совсем не моё.
— Сезон в Белгороде, где больше очка за игру набирали, какое место в карьере занимает?
— Провёл там календарный год. Ничего, нормально! Уехал впервые от родителей. Хорошо, что в Белгороде был Игорь Скороходов, который взял шефство надо мной. Тренер Виктор Васильевич Богатырёв ставил меня в состав, подсказывал советами. Мне пошло только на пользу поиграть со взрослыми командами в Высшей лиге.
«За годы в Питере выиграли два Кубка Гагарина. Так что точно не жалею, что не попал тогда в ЦСКА»
— У вас укладывается в голове, что ваш постоянный партнёр по звену в «Северстали» Евгений Кетов уже тренер?
— У Жеки была хорошая карьера! Теперь он вступил на следующую ступень. Когда приезжали в Питер, виделись. Молодец он, что перестроился. Смотрит матчи, анализирует.
— Вы сами видите себя тренерском?
— Поживём-увидим. Хочется играть, получать удовольствие от хоккея и радовать болельщиков. Мне нравится то, что я могу повлиять на исход игры своими действиями, непосредственно на льду. Тренер, каким бы профессионалом он ни был, способен помочь советом, но на льду принимают решения хоккеисты.
— Если станете тренером, то кого из тех, с кем работали, возьмёте за ролевую модель?
— Я всем, с кем работал, благодарен. Никого не хочется забыть, так что перечислять не буду. Да и копировать даже великих тренеров — неправильно, нужно быть собой. Что до принципов, то нужно быть честным с игроками, не скрывать ничего, не плести интриги.
— Каким тренером был Дмитрий Квартальнов в начале вашей карьеры?
— Требовательным, как и сейчас. Он старался выжать из игроков максимум. Действительно, Дмитрий Вячеславович тогда начинал как тренер, я — как игрок. Мы оба были молоды, только набирались опыта. С тех пор он поработал во многих командах, я поиграл в разных клубах.
— Тот совместный бэкграунд вам сейчас в Минске помогает?
— Это уже давняя страница, перевёрнутая. Всё забыто, хоккей сильно меняется, многое стало по-другому.
— Расскажите, как вы могли из «Северстали» перейти не в СКА, а в ЦСКА.
— Меня вызвали в сборную, играли на Еврохоккейчеллендже. Звонит агент, сообщает о предложении со стороны ЦСКА. Обсуждали детали контракта. Я уже звонил в Москву, чтобы подыскать квартиру неподалёку от арены, где играли «армейцы». Но «Северсталь» повторила предложение и обменяла нас с Кетовым в Питер. СКА, по сути, взял на себя тот четырёхлетний контракт, о котором я договаривался с ЦСКА.
— Играя регулярно против ЦСКА в составе СКА, задумывались, что могли оказаться по другую сторону баррикад армейского дерби?
— Бывало, не скрою. Неизвестно, как бы сложилось в Москве. В Питере то у нас подобралась целая череповецкая диаспора. Когда мы с Кетовым приехали, за СКА уже играл Юра Александров. Потом подъехал Чудинов. За годы в Питере выиграли два Кубка Гагарина, была отличная атмосфера и организация. Так что точно не жалею, что не попал тогда в ЦСКА.
«Пришёл Быков и уже на первой тренировке объявил звено Панарин — Шипачёв — Дадонов»
— Каким было рождение легендарной тройки Панарин — Шипачёв — Дадонов?
— При Юкке Ялонене мы проиграли в плей-офф «Локомотиву», после чего пришёл Вячеслав Аркадьевич Быков. Состав тогда, как и всегда у СКА, был очень сильным. Пять троек, которые в любой команде могли быть на ведущих ролях. И уже на первой тренировке штаб объявляет звено Панарин — Шипачёв — Дадонов. Женю взяли из «Донбасса», а мы с Панариным уже играли в Питере. Тогда Артемий выходил в звене с Кучерявенко и Тихоновым, а у меня было сочетание с Кетовым и Ковальчуком. И вот, как нас сразу поставили — так и пошло-поехало. Большинство сразу нам на откуп отдали. Дадонов на розыгрыше в центре, откуда потом забил множество шайб и стал лучшим снайпером плей-офф, оказался случайно! Он там никогда не играл. Но Панарин привык играть слева, я справа, так Женя и оказался посередине. Тренеры нам нарисовали розыгрыш из-за ворот, который работал несколько лет: как в СКА, так и в сборной России.
— Гусева сразу приняли в тройку?
— У нас был непростой постчемпионский год. К нам с Дадоновым в тройку поставили Антона Бурдасова. Неплохо получалось, но для игры в большинстве не хватало праворукого игрока. Тогда к нам приехал ещё совсем молодой Вова Ткачёв. Щупленький, маленький. Ну, мальчик прям! Видно было, что руки блестящие, светлая голова, но тогда это был ещё не тот Ткачёв, как сейчас, когда он действительно феерит. А потом пришёл Гусев, который вписался сразу, как и подобает большому мастеру. По пониманию игры он от Панарина ничем не отличался.
— Когда вы в «Динамо» стали много играть в меньшинстве — это был вызов? Хотели доказать, что способны приносить пользу в разных качествах?
— Выходя в меньшинстве, остаёшься в тонусе. Тем более, не всегда, играя в меньшинстве, нужно обязательно шайбу ловить на себя. Можно читать игру. Вместе с Дмитрием Кагарлицким мы так нередко убегали в контратаки и забивали, не так много при этом пропуская. Это было не в нагрузку, а как интересный опыт.
— Капитанство вас изменило? Или, наоборот, стали капитаном после того, как повзрослели?
— Когда только пришёл в «Динамо», капитаном был Илья Никулин — опытный хоккеист, много поигравший и выигравший. С ним общались много. В СКА были перед глазами примеры таких капитанов как Илья Ковальчук и Павел Дацюк. Смотрел за ними, подмечал всякое интересное, например, какие слова надо говорить, чтобы завести команду. Когда поставили меня капитаном в «Динамо», то с удовольствием принял эту роль. Старался наладить коммуникацию между тренерами и командой. В целом, для меня ничего сверхъестественного в этом нет.
— Какая доля шутки и правды была в том, что кого ни поставь с Шипачёвым — заиграет?
— Я бы сформулировал иначе. Дело не в том, что ко мне любого поставь и он заиграет. Когда в звене двое друг друга отлично понимают, третьему куда легче влиться. Так было у нас с Кагарлицким. К нам ставили и Тарасова, и Алексеева, и Афиногенова — со всеми получалось неплохо. Кто-то быстро бегает, кто-то как Яшкин берёт на себя борьбу. Третий за счёт своих сильных качеств дополняет сыгранную связку. Так и получается цельная тройка.
— Кто-то из партнёров делал вам подарки за свои снайперские рекорды?
— Я никогда такого не говорил, мол, это твой лучший сезон — покупай мне что-либо. Бывало так, что кто-то из парней выбьет бонусы, и зовёт на ужин в ресторан. Это было нормальное общение, без принуждений точно!
«Никто никогда не обгонит шайбу, хоть Макдэвид. Хотя он и человек с другой планеты»
— Станислав Галиев рассказывал, что вы на тренировках «Динамо» отказывались бежать за шайбой после заброса. Воспитывали его, чтобы тройка играла в пас?
— У меня рядом нередко были быстрые партнёры, чем я пользовался: Кетов — в Череповце, потом — Кагарлицкий. А в Питере мы с Дадоновым и Панариным договорились, что кто шайбу в зону забросит в зону, тот за ней и бежит. С тех пор и повелось. Вроде шутка-шуткой, но у нас со Стасом в «Динамо» хорошо получалось, поняли друг друга.
— У кого вы почерпнули изречение «никто не бегает быстрее шайбы»?
— Мне об этом ещё детский тренер говорил. И потом неоднократно, в течение карьеры. Всегда лучше отдать пас, найти передачей партнёра. Ну ведь и правда, никто никогда не обгонит шайбу.
— Даже Кагарлицкий?
— Да любой, хоть Макдэвид. Хотя он и человек с другой планеты.
— Вам, как центральному нападающему, важен относительно невысокий процент выигранных вбрасываний?
— Вбрасывание — это инициатива. Если выигрываешь, то сразу владеешь шайбой, можно начать комбинацию. Понятно, что это очень важно. Сейчас уделяю этому больше внимания. А раньше как было? Ну проиграл, значит попробую отобрать. Понятно, что я не специально проигрывал. Но раньше были такие центральные как Свитов. Ну как у него выиграть? Подъехала машина такая, выиграл вбрасывание с руками и дальше поехал.
— Отношение к вбрасываниям у вас изменилось после поездки в Америку?
— В Америке там все работают над вбрасываниями. В Питере тоже этому уделяли внимание. В конце концов, даже если не получается выиграть чисто, могут помочь ребята на подборе. Важно общаться, договариваться.
— Кто из центральных, с кем вы играли в одной команде, был самым тяжёлым спарринг-партнёром?
— Думаю, что в «Динамо» О’Делл. С ним очень тяжело на вбрасываниях! Один из лучших в КХЛ в этом компоненте. Стась в Минске тоже очень силён.
— Сергей Широков, недавно отыгравший 1000-й матч в отечественных чемпионатах, много говорит о том, что ему важно, чтобы его игру видели сыновья. Насколько пристально ваши дети следят за вами?
— Серёга — большой молодец! Здорово играет в этом сезоне. И он прав насчёт семьи. Тем более, что у него сыновья занимаются хоккеем. Что касается моей семьи, то если бы им было не интересно то, чем я занимаюсь, то жили бы в Москве. А так они со мной везде, будь то Казань или Минск. Ходят на игры, поддерживают, переживают. У меня младший, которому исполнилось 4 года, ходит по раздевалке, ему всё интересно. Купил ему форму, катается потихоньку. Не хочу пока его каждый день водить, потому что можно отбить желание заниматься хоккеем. Ему нужно поиграть, погулять.
— Вы довольно поздно пришли в хоккей?
— В семь лет. Поздно, наверное. Но это лучше, чем в четыре года прийти, а к семи уже устать от всего. У каждого всё индивидуально, но нужно, чтобы хоккей нравился. Если бы мне не нравился, я бы уже закончил.
— Рекорд по количеству матчей в КХЛ, звание лучшего бомбардира за всю историю Лиги. Не хватает только возвращения домой, в Череповец?
— Не хочу далеко загадывать. У меня контракт с минским «Динамо», хочу отработать его честно и полностью. А там — видно будет. Конечно, Череповец для меня особый город, там у меня мама с братом. Мы с семьёй хоть и живём теперь в Москве, но я тепло отношусь к «Северстали» и городу, оттуда вышел.
Досье
Вадим Александрович Шипачёв
Родился 12 марта 1987 года в Череповце
Карьера: 2005/2006, 2008-13 — «Северсталь», 2006-08 — «Белгород» (ВХЛ), 2013-18 — СКА, 2017 — «Вегас» (НХЛ), 2018-22 — «Динамо» Москва, 2022-24 — «Ак Барс», с 2024— «Динамо» Минск.
Достижения: чемпион мира (2014), обладатель Кубка Гагарина (2015, 2017), олимпийский чемпион (2018), лучший бомбардир регулярного чемпионата КХЛ (2019/2020, 2020/2021, 2021/2022).
