Евгений Ромасько: «Главная задача судьи – помочь хоккеистам избежать удалений»
Евгений Ромасько в интервью KHL.ru рассказал о детстве с Ильей Ковальчуком, работе над катанием и физической формой, раскрыл главную задачу арбитров и поделился ожиданиями от нового чемпионата.
Ромасько попал в хоккей во многом случайно, а, закончив, не думал и о судействе – там он тоже оказался благодаря случаю. Но в итоге Евгений стал единственным арбитром в мире, который работал на Олимпиаде и чемпионатах мира, в КХЛ и НХЛ.
«Отсудить 70 матчей и больше – достаточно тяжелый труд»
– Как прошли сборы арбитров КХЛ в преддверии нового сезона?
– Интенсивно. В течение пяти дней сдавали различные нормативы. В этом году было новшество – челночный «Йо-йо» тест проходили не на земле, а на льду. Непростое мероприятие, требовало подготовки. Но, насколько я видел, все с заданием справились. Влилась в коллектив и «новая кровь». Закончили карьеру ветераны. Еще несколько судей перешли в главные и в предстоящем сезоне будут работать в ВХЛ. На их места пришли молодые – около 10 человек. Также на сборах обсуждали изменения в правилах, стандарты судейства, для наглядности смотрели видео. Также можно отметить выступление комментатора Дениса Казанского, который рассказывал о взаимодействии с медиа – как устроена журналистика, как отвечать на вопросы, в том числе, как уходить от неудобных (улыбается).
– Как прошел хоккейный турнир?
– Весело, эмоционально. Ребята играли с большим желанием. Многие ждут турнир, так как его проведение – уже традиция. Судьи друг друга, конечно, жалеют, стараются играть осмотрительно, но все равно накал борьбы порой был высокий. Не обошлось и без травм. Но ничего серьезного – ссадины и ушибы заживут быстро. Победу второй год подряд одержала одна и та же команда.
– Как строили самостоятельную подготовку к сезону?
– В первую очередь, заметно, что в связи с продлением чемпионата на месяц времени на отдых и предсезонку стало меньше. Не говорю, что это плохо. Это просто факт, который я воспринимаю как данность. Поэтому практически сразу после окончания сезона, в конце мая, я начал готовиться к сборам – подводящие тренировки, силовые занятия. А вот со льдом у нас в Твери, к сожалению, проблемы – покататься удалось, но маловато. Впрочем, в целом все прошло нормально. В свою традиционную ежегодную программу добавил некоторые рекомендации от тренера КХЛ по физической подготовке Ивана Феоктистова, и все намеченное вместе со своим наставником в зале выполнил.
– Когда-то заместитель руководителя экспертной комиссии КХЛ по судейству Пол Стюарт назвал вас арбитром с самыми прекрасными физическими кондициями, которого он когда-либо видел.
– Да? Очень приятно. Ранее не читал это интервью, так что для меня это сюрприз. Вообще я всегда держу форму, никогда себя не распускаю, стараюсь не пропускать тренировки и не устраивать продолжительных отпусков – максимум едем куда-нибудь с семьей на пару дней, но даже в таких поездках все равно провожу легкие занятия каждый день. Оставаться в тонусе, в любом случае, лучше, чем начинать все с нуля и набирать форму.
– В трех последних сезонах вы работаете по 60 и более матчей в регулярных чемпионатах, плюс игры плей-офф. Как справляетесь?
– По сравнению с предыдущими сезонами эта ощутимая нагрузка. Сейчас все топовые судьи КХЛ работают примерно в таком режиме. 70 матчей и больше – это достаточно тяжелый труд. Чтобы пройти такой чемпионат без откровенных спадов нужна хорошая физическая готовность, дисциплина, правильный тренировочный процесс, восстановление. То есть речь идет о действительно профессиональном подходе, где в течении практически всего года нет места вольностям.
«Заокеанские тренеры привносят в наш хоккей свежую кровь, новые идеи, игры с участием их команд проходят интересно»
– Довольны прошлым сезоном? 10 матчей в плей-офф – лучший результат в карьере.
– Да, конечно. Каждый год я ставлю цель отсудить решающую серию Кубка Гагарина. Если удалось, то оценка – высший балл. Финал «Локомотив» – «Трактор» стал третьим в моей карьере.
– Чем был интересен финал прошлого чемпионата?
– Хотел бы отметить, что интересным был весь чемпионат и весь плей-офф. Если говорить конкретно о решающей серии, то «Трактор» хотел реабилитироваться за прошлогоднее поражение от «Локомотива» в полуфинале. Ярославцы желали исправиться за неудачу в противостоянии с «Металлургом». Получилась битва титанов. Хоккей был чистый и честный. В то же время работы для судей было много. В первую очередь, она сводилась к тому, чтобы взаимодействовать с игроками до свистка, предупреждать возможные нарушения. А это требует очень высокой концентрации и коммуникативных качеств.
– Расскажите подробней – что такое «работа до свистка»?
– Этому очень большое внимание уделяют на международной арене. Когда работал на чемпионатах мира и на Олимпиаде, супервайзеры постоянно акцентировали внимание на вербальной работе. На самом деле, вопреки распространенному мнению, основная задача судьи – не дать удаление, а помочь игроку избежать штрафа. Ведь люди пришли смотреть на хоккей. Арбитр не должен рушить динамику. Чем меньше он даст свистков, тем лучше.
Для наглядности могу привести конкретный пример. Два игрока едут в угол за шайбой, вот-вот между ними начнется противоборство. При этом угол – опасное место, борт закруглен, вероятность травмы повышается. Поэтому судьи кричат игрокам заранее: «Аккуратнее», «Убираем руки», «Бережем себя» и так далее. Или, когда арбитр видит, что хоккеист «наелся» и на фоне усталости может допустить брак, то кричит ему: «Клюшку ниже», «Следи на руками» и так далее.
Получается, что судья игроков предупреждает. Может быть, они и не очень-то слышат, но все-таки это помогает им понять, что арбитр рядом, он все видит, если что – последует удаление. Это добавляет дисциплины. Судья читает игру на шаг вперед, подсказывает хоккеистам и тем самым помогает им не допустить нарушений. Только не надо путать такой подход с расхожим термином «положить свисток в карман». Это разные вещи.
– Какой матч плей-офф запомнился больше всего?
– Седьмая игра серии «Локомотив» – «Авангард». Вообще все это противостояние достойно отдельного упоминания, тем более мне удалось поработать на нескольких матчах. Шла настоящая мужская борьба. А в решающей встрече всем приходилось терпеть. В овертайме чувствовалось, что силы у команд фактически кончились, все боялись совершить ошибку. Накал, эмоции были на высшем уровне. Задача судьи в такой игре – максимальное невмешательство, не допускать лишних свистков, не ломать игру, держать одну линию. Вот в том матче как раз и пришлось очень много работать вербально – подсказывать хоккеистам, успокаивать, гасить эмоции. Особенно запомнился обоюдный штраф в овертайме. Решение о том, что нужно удалять обоих пришло ко мне сразу, но на всякий случай решили воспользоваться видеоповтором, который подтвердил правильность такого наказания.
– Что будет особенно интересно в новом сезоне?
– Предвкушаю встречу с Бобом Хартли. Яркий персонаж. Для меня интересно, что в «Тракторе» и «Авангарде» остались работать Бенуа Гру и Ги Буше. В межсезонье пресса много внимания уделяла количеству североамериканских тренеров в КХЛ. И, на мой взгляд, в этом точно нет ничего плохого – заокеанские специалисты привносят в наш хоккей свежую кровь, новые идеи. Игры с участием их команд проходят интересно и для зрителей, и для судей.
«Вместе с Ковальчуком ходили в школу, росли в одном дворе, общались, мечтали»
– Почему решили пойти в хоккей?
– Во многом это дело случая. Я рос в маленьком городе Удомля. Мой отец занимался строительством атомных станций. Как раз по этой линии семья и оказалась в этом городке Тверской области. Максимум что там было для развития детей – небольшие секции. А вот когда мы переехали в Тверь и внесли в новую квартиру последнюю коробку, отец сказал: «Теперь мы в районном центре. Чем бы ты хотел заниматься?». Я ответил, что спортом. Первое, что пришло в голову – хоккей. И в тот же день мы поехали на машине на стадион. На улице стоял август, было жарко. И вот в такой обстановке я увидел лед, хоккей, почувствовал прохладу. И сразу сказал: «Хочу здесь тренироваться». Хотя ранее за хоккеем не следил. Мне тогда было восемь лет. То есть мои ровесники занимались два года и, естественно, были значительно сильнее меня. Но я быстро догнал ребят по всем показателям. Так начался мой путь в хоккее. Играл я в защите. Мне всегда нравилось это амплуа.
– И уже в 14 лет вас выпускали за основной состав ТХК в первой лиге?
– Это громко сказано. Просто подключали некоторых ребят из молодежной команды. В основном, мы сидели на скамейке запасных. На площадке появлялись на пару-тройку смен – почувствовать «запах пороха».
– Почему закончили карьеру в сезоне 2000/2001?
– Не видел перспектив. Трезво оценивая свои возможности, понимал, что попасть на самый высокий уровень у меня, скорее всего, не получится. Поэтому выбрал образование, поступил в университет. А параллельно судил. Получилось как? Случайно встретил директора хоккейной школы, который предложил не бросать спорт, а заняться арбитражем, посудить детей, посмотреть, понравится или нет. Мне понравилось. Я понял, что в судействе можно сделать длинную карьеру и работать на самом высоком уровне. Так еще с первого курса начал судить. А параллельно получил специальность менеджера-маркетолога в сфере спорта.
– Сколько лет отработали линейным судьей?
– Если брать Высшую лигу и Суперлигу – четыре сезона. Самый памятный чемпионат – 2004/2005, когда в НХЛ случился локаут, который продлился весь сезон. Я как раз давно хотел пересечься на льду на высоком уровне с Ильей Ковальчуком, с которым вместе росли в Твери, ставил такую цель. И тогда это удалось. Илья приехал играть за «Ак Барс», а я судил несколько матчей с участием казанцев.
– В детстве вы тренировались вместе с Ковальчуком?
– Илья 1983 года рождения, я – 1982-го. Но тренировался он, как правило, с 1981-м. Тем не менее, у нас часто были совместные тренировки, игры между собой, поэтому мы действительно проводили вместе много времени. Причем не только на льду, но и вне его. Вместе ходили в школу, росли в одном дворе, общались, мечтали, в общем контакт был постоянный – до 15-16 лет мы дружили.
– Многие отмечают ваше хорошее катание. Откуда оно?
– За катание я благодарю тренера Петра Андреевича Аникеева, который в годы моей юности работал в Твери. Он приехал из Апатитов, а один из его воспитанников – бывший защитник ЦСКА и «Детройта» Владимир Константинов. Они поддерживали отношения, Петр Андреевич часто ездил к Владимиру в гости, работал в Америке с детьми. Нам он давал много интересных тренировок на технику силового катания. Занятия были изнурительными, но крайне эффективными. Естественно, я стараюсь все это не забывать, периодически упражнения повторяю.
– Как перешли в главные?
– В 2006 году глава департамента судейства ФХР Анатолий Михайлович Баринов за несколько недель до старта чемпионата просто поставил меня перед фактом: переходишь и все. Сам я к этому не стремился, но за то решение Анатолию Михайловичу безумно благодарен. Если бы не он, даже не знаю, как сложилась бы моя карьера, и были бы в ней Олимпиада, чемпионаты мира, финалы Кубка Гагарина. Потому что для многих судей принять такое решение самостоятельно очень сложно. Порой его просто отсрочивают, и переход длится годами. Ведь, по сути, все нужно начинать с чистого листа. И нет никаких гарантий возвращения на высокий уровень. А потому решиться на это не так просто.
– Что в ходе карьеры главным запомнилось больше всего?
– Первый матч в НХЛ. 9 марта 2015 года после игры в Детройте меня, кажется, поздравила вся Тверь. Вернувшись в город, чувствовал себя космонавтом советских времен. Дело еще и в том, что мой дебют за океаном стал для всех полной неожиданностью, так как объявлять о контракте заранее я не имел права, и мой выход на лед в игре НХЛ держался в секрете до последнего.
Второе – международная карьера. Я всегда ставил задачу работать на турнирах самого высокого уровня, причем, не просто съездить и отметиться, а обязательно судить матчи за медали. На Олимпиаде 2022 года удалось провести игру за бронзу. В то же время супервайзеры сказали – если бы Россия не вышла в финал, я бы работал решающий матч. Для меня это высокая оценка.
Международные турниры вообще дают очень многое – за две недели впитываешь в себя массу всего, получаешь огромный багаж знаний. Здесь и новый опыт, и совершенствование английского, и понимание других менталитетов.
– Курьезные ситуации с вами случались?
– В США чуть не уехал в другой город. Мне приходилось перемещаться одному. Поначалу всех нюансов не знал. Думал, все как у нас – если команда пишется первой, то она и хозяин. Оказалось, может быть написано по-разному. Второй момент – не знал, что в Америке около 30 городов с названием Спрингфилд. Вот вместо Спрингфилда в штате Коннектикут я однажды чуть не уехал в другой, но в момент заказа билетов спохватился, все выяснил и курьеза не случилось.
– Учитывая ваш опыт, к чему еще стремитесь?
– Хотелось бы дойти до серьезной отметки в родном чемпионате. Для меня это – 1000 игр. В то же время важно держать себя в хорошей физической форме, чтобы и в 50 лет создавать конкуренцию молодым. И, конечно, буду стремиться каждый год судить финалы. Все-таки судьи в душе – тоже спортсмены, и всегда ставят перед собой самые амбициозные задачи.
Досье
Евгений Ромасько
Родился 17 января 1982 года в Удомле (Тверская область)
Карьера арбитра: матчи КХЛ судит с 2009 года. Всего провел 669 игр.
Достижения арбитра: работал на Олимпиаде (2022) и чемпионатах мира (2019, 2021).
