Главный тренер «Амура» Мисхат Фахрутдинов поделился своими ожиданиями от перехода в КХЛ. Сегодня мы открываем серию эксклюзивных интервью с тренерами всех 29 клубов, которые будут ежедневно выходить на KHL.ru.
Меньше чем через месяц главный тренер «Амура» Мисхат Фахрутдинов дебютирует на новом для себя, высшем уровне отечественного хоккея. Какого только опыта нет в карьере 57-летнего специалиста, на рубеже тысячелетий переквалифицировавшегося из игрока в тренера: Швеция, Россия, Казахстан, клубы и сборные, взрослые, дети и юноши… Предыдущие шесть сезонов Фахрутдинов провел в ВХЛ, из них пять – во главе «Рубина», куда пришел в 2009-м, за год до создания Высшей лиги, когда тюменская команда еще называлась «Газовик». Шесть лет в одном клубе – такая верность вызывает уважение и говорит о том, что столь продолжительное сотрудничество полностью устраивало как руководство, так и самого тренера. Фахрутдинов надеялся, что «Рубин» будет играть в КХЛ.
Ждал, что «Рубин» будет в КХЛ и отказывался от предложений
- Да, пожалуй, я рекордсмен ВХЛ по этой части, - улыбается Мисхат Шарафутдинович. – Но вообще это отдельная тема. Клуб создавался с таким расчетом, чтобы через пару лет вступить в КХЛ. Я в то время работал в Федерации хоккея, и у меня была перспектива возглавить молодежную сборную, поскольку Владимир Плющев собирался уйти на клубную работу. Но из Тюмени позвонили Владиславу Александровичу Третьяку и просили отпустить меня. Он согласился. Ну, и я тоже посчитал такую перспективу заманчивой. Мы начали работать с прицелом на КХЛ, очень тщательно подбирали игроков – не только по мастерству, но и по человеческим качествам, чтобы создать сплоченный коллектив. И дело пошло, вскоре мы выиграли чемпионат ВХЛ и думали, что вот-вот войдем в КХЛ. Но постоянно что-то не складывалось, откладывалось, время шло, а я всё ждал и отказывался от предложений…
- Значит, предложения из КХЛ все-таки поступали?
- Да, их было немало. Правда, поступали они всегда по ходу сезона. Вы, наверное, знаете, как бывает. В октябре-ноябре какая-то команда захромает, и сразу звонят мне: «Давай, Мисхат, приезжай».
- И?
- А я им отвечаю: «Вы, ребята, конечно, молодцы, но как я сейчас брошу свою команду? Давайте дождемся конца сезона и тогда поговорим». Но в конце сезона никаких предложений не было. Так время и шло, а потом я оглянулся в какой-то момент: ого, как меня затянуло, семь лет уже!
Меня поставили в тройку с Мальцевым и я понял, что не умею играть
- Ну вот, теперь все в порядке: вы взяли команду с начала сезона, как и хотели.
- Да, это хорошо. По крайней мере, я буду спокоен душой за результат, каким бы он ни был. Если команда заиграет – я буду знать, что это моя команда, что ребята воплощают на льду мои мысли, а не моего предшественника. Ну, а если что-то не получится – значит, это моя недоработка, и, кроме меня, винить некого.
- В преддверии нового этапа в вашей карьере можете оглянуться назад и выделить какие-то наиболее яркие моменты из прошлого?
- Пожалуй, нет. Каждый эпизод карьеры чем-то запомнился, был в чем-то важен и полезен. Я бы лучше сказал о том, что моя карьера делится на две части: до и после. Причем это относится не только к карьере тренера, но и игрока. Вот я начинал в «Ижстали», добился определенных успехов и уже начал думать, что умею играть. Меня даже приглашали во вторую сборную, так что я стал звездой местного масштаба. А потом приехал в «Динамо», меня поставили в тройку с Александром Николаевичем Мальцевым, и я понял, что играть-то и не умею. Оказывается, я еще юнец, мне 21 год, но я ничего не соображаю. Только бегаю быстро и шайбу никому не отдаю.
- Вот как! А разве еще что-то нужно было?
- Да, представьте себе, оказывается, надо было еще и передачи отдавать! Да и забивать оказалось не так легко, хотя я до этого вроде считался бомбардиром. Но потом меня уже научили забивать правильно. Вот тогда и начался второй этап моей карьеры.
Я учился, учился и до сих пор учусь
- И в тренерской карьере так же?
- Точно так же. Я закончил играть в Швеции, там и начал тренировать. Взял юношескую команду 1983 года рождения, ребятам тогда было по 16 лет. Кстати, один из них, Андреас Ямтин, сейчас в «Медвешчаке» играет. Ну вот, мы с ними выиграли региональный турнир, и я подумал: «О, как здорово быть тренером, как здорово выигрывать!». Но никаким тренером я тогда, конечно, еще не был. Потом наступил небольшой перерыв, я вернулся на родину и поработал завучем детской школы – вот это очень мне помогло. Казалось бы, как молодой тренер может занимать должность, требующую научной работы? Откуда мне было знать про нагрузки, их объем, дозирование?.. Но я вникал, старался, мне помогали, конечно. И после небольшого, но очень полезного перерыва я вернулся к тренерской работе, перешел в первую команду «Динамо» помощником Зинэтулы Хайдяровича Билялетдинова, и всё началось снова, шаг за шагом. Я учился, учился и до сих пор учусь. Везде и всегда мне это было интересно.
- Но ведь не всегда это бывает успешно.
- Да, было дело, например, в 2003-м, когда мы с Владимиром Владимировичем Юрзиновым-младшим приняли «Локомотив». Команда после двух чемпионских сезонов, с такими звездами, как Андрей Коваленко, Сергей Немчинов… Такая компания была! Это напрягает, ведь найти общий язык с такими игроками нелегко.
- Да и результат требуется незамедлительно.
- Естественно. Мы шли на третьем месте, когда нас попросили на выход. Дело было в октябре, и я ушел в Федерацию хоккея. Одно время совмещал работу с «Витязем» и юниорской сборной. Очень тяжело было, вообще не оставалось времени ни на что.
- Понятно, ведь игроков для сборной вы не видели в чемпионате страны, где играли с клубом.
- Да, приходилось специально ездить и смотреть на них. Вот тогда я получил колоссальный опыт селекции. А те ребята мои – вот же они все здесь: Дадонов, Войнов, Кугрышев, Куликов, Андронов, Кирилл Петров… Прекрасное было время: выиграли юниорский чемпионат мира, с «Витязем» вышли в Суперлигу... Наверное, мне везло.
- Видел у вас на тренировке знаменитые парашюты, которые достались вам от Игоря Дмитриева.
- Да, этому упражнению уже несколько десятков лет.
Хочу, чтобы моя команда была узнаваема, чтобы у нее был мой стиль
- А еще есть в вашем арсенале что-то, почерпнутое у других тренеров?
- Такого много, мне ведь пришлось с разными тренерами поработать, от каждого что-то взял. Но все равно, пока какое-либо упражнение через себя не пропустишь, оно не сработает. Учение – процесс бесконечный: ты смотришь, учишься, анализируешь, что-то меняешь, корректируешь и так до бесконечности.
- А можете ли сказать, какой тренер оказал на вас наибольшее влияние?
- Это тоже трудно. Пожалуй, правильно говорить о динамовской школе. Я играл в «Динамо», начинал работу в этом клубе, поэтому динамовский стиль мне близок. А что такое динамовский стиль? Выполнение задания, хорошая физподготовка, грамотная игра по схемам. Но при этом важно наличие игроков хорошего уровня, которые способны внести что-то свое – только тогда игра по-настоящему получается. Без игроков, которые могут больше, чем действовать по схеме, хоккей не интересен.
- Вам самому какой хоккей интересен?
- Мне интересно реализовывать свои мысли в рисунке игры. Вот сейчас у меня новый вызов – новая команда, новые игроки, и я хочу, чтобы моя команда была узнаваема. Хочу, чтобы у нее был мой стиль, мой рисунок игры. Когда такое получается – это очень приятно. Но без игроков, способных наложить на твои схемы свою индивидуальность, способных сделать что-то нестандартное, игра не получится.
- Вы держите в голове какой-то образ идеальной игры?
- Идеальная игра – это всегда выигрывать?
- Такого, конечно, не бывает, но стремиться-то к этому можно.
- Можно. Хочется, чтобы твои мысли были воплощены в игре. Я это уже проходил с «Автомобилистом». В 2008 году у меня была хорошая команда – та, которая потом пришла в КХЛ. Гулявцев Саша там играл, Субботин Андрей, Лекомцев Ваня… Вот эти ребята могли в течение игры поменять одну игровую схему на другую, а если надо, то и на третью. Ведь нельзя же все время играть одинаково, соперник тебя изучает, принимает контрмеры, поэтому надо реагировать. Ты во время тренировки нарисовал несколько вариантов, и если у тебя управляемая команда, которая всё понимает и может менять игру, это приятно. Не скажу, что в «Автомобилисте» всё было идеально, но хорошо. Есть команды, где с этим сложнее. Но, как я уже сказал, всё зависит от игроков: даже если что-то не совсем будет получаться, оно все равно сработает, если они понимают. Знаете, можно навыдумывать какую угодно тактику – ну… играть пятью нападающими, чтобы запирать соперника в зоне и душить. Придумать-то можно, только никто не придумывает, потому что это не воплотить. Хоккей консервативен, и уже больше ста лет все играют двумя защитниками и тремя нападающими. Никто не играет 1+4 или 4+1.
Игрок должен уметь чуть больше, чем рисует схема
Вообще мне очень нравится современный хоккей. Когда все разбегаются веером, как когда-то голландцы играли в тотальный футбол. Неескенс, Круифф… Как побегут - там уже непонятно было, кто защитник, кто полузащитник, кто нападающий. Вот примерно так надо играть в хоккей сегодня. Так играет Канада: у нее защитники умеют отлично атаковать, обладают хорошим катанием, пасом, броском...
- Вы – далеко не первый, кого восхищает современный канадский хоккей…
- А мы тогда назовем этот хоккей голландским. Чтобы все успевали вперед-назад, чтобы и нападающие играли в обороне, чтобы не было разделения труда. В принципе, современный хоккей на этом и строится.
- Тогда не надо иметь отдельно тренеров для защитников и нападающих. Упомянутый вами Йохан Круифф, с которым мне довелось не раз беседовать, объяснял принцип тотального футбола так: «Каждый игрок должен знать задачу всех партнеров по команде. Поэтому когда тренер дает установку правому крайнему нападающему, левый защитник должен слушать не менее внимательно. А полузащитники или инсайды должны слушать, какие установки даются защитникам. И тогда каждый сможет играть на любой позиции, где бы он ни оказался во время матча». Девиз голландского тотального футбола формулировался так: «Каждый в атаке – каждый в обороне». Это совсем не то же самое, что «Все в атаке – все в обороне».
- Совершенно верно. Мы на этом и строим свою работу. Не знаю, может и все остальные так работают, но у нас не бывает, чтобы один тренер собрал всех защитников в кружок и что-то им нарисовал, а другой так же нарисовал что-то нападающим. Тренеры по амплуа нужны для специфических вещей, для работы над деталями, нужны, чтобы подсказывать, корректировать по ходу матча. Я считаю, что главный не должен переключаться на конкретного игрока и объяснять ему, где правильно, а где нет, потому что тогда ты сразу теряешь общую картину. Ты должен следить за развитием игры, за действиями соперника, должен думать, как переиграть его тактически, видеть, где мы проигрываем, а где у нас хорошо получается, где слабости соперника, а где его сила.
Деталями же занимаются помощники. После матча я с каждым игроком могу поговорить, но во время матча надо быстро реагировать. Отвлекся на разговор – упустил нить. Игра – это маленькое сражение, которое идет с переменным успехом: мы атакуем, они атакуют, мы душим, они душат. Надо видеть, где и как поменять тактику. Надо иметь план «Б». А бывает, что и его не хватает – тогда надо план «В». Он или в игре родится, или его заранее можно придумать. Но больше двух-трех вариантов заранее не придумать – игрок их просто не запомнит. Представьте, как выезжает на лед пятерка, я ей говорю: «Восьмой раскат делаем» - и они побежали. Это невозможно: пока они будут переговариваться и вспоминать, что такое восьмой раскат, у них шайбу отберут и гол забьют.
Хотя все равно ребята часто договариваются между собой и немного меняют мои схемы. Я не против. Тренер рисует общую схему, а игрок действует по ситуации, которая диктуется, в том числе, и соперником. Он же тоже думает, как играть против тебя. Поэтому игрок всегда должен уметь чуть больше, чем рисует схема. Без таких игроков не обойтись.
Досье
Мисхат Кашафутдинович Фахрутдинов
Родился 22 августа 1958 года в Ижевске.
Мастер спорта СССР международного класса, Заслуженный тренер России
Карьера игрока: «Прогресс» (Глазов) – 1975-1976 гг.; «Ижсталь» (Ижевск) – 1976 -1981 гг.; «Динамо» (Москва) – 1981-1989 гг.; «Вестерос» (Вестерос, Швеция) - 1989 – 1998 гг.; «Эрдингер Джетс» (Эрдинг, Германия) – 1998 г.
Достижения игрока: серебряный призёр чемпионатов СССР 1985, 1986, 1987 гг.; бронзовый призёр чемпионатов СССР 1982,1983,1988 гг.; победитель регулярного первенства Шведской элитной серии 1992/93. Обладатель Кубка Шпенглера 1983.
Карьера тренера: ХК «Римбо» (Нортелье, Швеция) – 1998 г. — главный тренер; «Лидинге» (Стокгольм, Швеция) - 1999 — 2000 гг. — главный тренер; «Динамо» (Москва) - 2000 — 2003 гг. — тренер; «Локомотив» (Ярославль) – 2003 г. — старший тренер; «Витязь» (Чехов) - 2004 — .2005 гг. — главный тренер; Юниорская (до 18 лет) сборная России - 2004 — 2007 гг. — главный тренер; «Витязь» (Чехов) - 2005 —2007 гг. — ассистент главного тренера; «Витязь» (Чехов) - 2007 — 2008 гг. — главный тренер; «Автомобилист» (Екатеринбург) - 2008 — 2009 гг. — главный тренер; «Рубин» (Тюмень) - 2009 — 2015 гг. — главный тренер; «Торпедо» (Усть-Каменогорск) - 2015 — 2016 гг. — главный тренер; «Амур» (Хабаровск) - 2016— н.в. — главный тренер.
Достижения тренера: победитель юниорского (до 18 лет) чемпионата мира-2007. Обладатель «Братины» в сезоне 2010/2011.
