Просто мастер. 75 лет со дня рождения Александра Бодунова
Александр Бодунов не был мастером рассказывать занимательные истории о своей карьере, он вообще не был мастер рассказывать, он был просто мастер. В подавляющем большинстве справок его спортивное звание значится как мастер спорта международного класса», потому что звание «заслуженный мастер спорта» ему было присвоено уже в начале столетия в честь юбилея ЦСКА. Причина отсутствия вовремя присвоенного звания двукратному чемпиону мира, не последнему участнику знаменитой суперсерии-1972 СССР-Канада и суперсерии-1974, одному из самых ярких форвардов советского хоккея 70-х годов - неизвестна. Хотя одного только решающего гола в третьем матче первой суперсерии в Виннипеге хватило бы для того, чтобы стать легендой. Еще бы – сборная СССР проигрывала 3:4, хозяева готовы были выйти вперед в серии, но тут звено 20-летних новобранцев организовало четвертый гол, автором которого и стал Саша Бодунов, в ближнем бою с передачи Славы Анисина переиграв Тони Эспозито. Собственно, молодое звено «Крыльев Советов» и вытащило этот тяжелейший матч (третью шайбу с передач Васильева и Анисина забросил Юрий Лебедев), во многом определив итог первой части суперсерии. С той поры их всех так и запомнили, на всю жизнь: Лебедев-Анисин-Бодунов, хотя вместе играли они совсем немного – это считается, что тройка была вместе лет десять, а на самом деле гораздо меньше.
И самый скромный из них, больше всех оставшийся в тени – конечно, Александр Бодунов. Юрий Лебедев играл дольше партнеров, в сборной много лет был незаменимым нападающим на подмену, и с кем только не выходил на лед – кажется, со всеми форвардами, кто входил в состав в 70-е годы. Лебедев долго догонял партнеров, он и на коньки встал в 13 лет, поэтому и для больших дел созрел позднее, достаточно посмотреть на его статистику на победном чемпионате Европы среди юниоров, она значительно хуже, чем у партнеров. Зато и продержался он в игре намного дольше. Слава Анисин считался самым талантливым, его раньше всех и привлекли и к основе ЦСКА, и к основе сборной, игру он понимал настолько органично, что с детства удивлял тренеров. И Лебедев, и Анисин – хоккеисты титулованные, разве что не олимпийские чемпионы, что самое обидное.
А Саша Бодунов только двукратный чемпион мира, и все, закончивший карьеру в сборной в 22 года, когда впереди много чего еще могло быть. Да ведь в том же олимпийском 80-м всем троим еще и тридцати не было, но о том, что они когда-то были вместе, и давали жару на всех площадках, куда выходили, все уже почти забыли. На самом деле история звена Анисина в непарадном варианте по-настоящему драматичная, гораздо драматичнее, чем индивидуальные хоккейные истории каждого из партнеров.
История создания звена многократно описана, куда меньше написано про то, как оно распалось, хотя сами по себе они и не думали расставаться, ничто к этому не подталкивало. Другое дело - чтобы сохранить молодую супертройку «Крыльев Советов» и сборной на годы, требовались определенные усилия, а наш хоккей всегда жил широко и достаточно беспечно – талантов не убывало, а сбережением заниматься было недосуг. От яркого дебюта в суперсерии-1972 до последнего совместного выступления в форме сборной СССР на Призе «Известий»-1974 прошло всего-то два с небольшим года. Они вместили две первых суперсерии СССР – Канада и два победных чемпионата мира, невероятный взлет «Крыльев», и казалось, что это только начало. Да, многое еще будет, но не вместе – в ЦСКА их всех не ждали, ждали только Анисина, и его возвращение в родной клуб в 1976-м обозначило черту. В клубе последний раз звеном они сыграли весной 76-го.
…Конечно, они плоть от плоти армейского хоккея, воспитанники Николая Голомазова и Виталия Ерфилова. В одном звене лет с 14-ти, и Бодунов как-то сказал, что чувствовали они друг друга спиной, «пас могли отдать, не глядя». Вместе их поставил еще один тренер ЦСКА Николай Романов, как вспоминал Бодунов, «что-то он в нас увидел, мы были еще пацанами. Он заметил, что мы подходим друг к другу, и у нас пошло».
Анатолий Тарасов, правда, в одной из многочисленных статей с педагогическим уклоном, подробно разбирая становление молодого звена, отмечал, что как раз культуры паса трем ярким индивидуальностям до поры до времени и не хватало. Но занимался-то с ними больше Борис Кулагин – он активно и продвигал молодые таланты в основу, только подпускать удавалось редко, вначале по одному, а целиком тройка в основном составе ЦСКА впервые вышла на лед 25 января 1970 года в матче чемпионата страны с «Крыльями Советов». Судя по тому, на каких минутах они забрасывали новосибирской «Сибири» 28 января, выпустили их в самом конце, но им хватило: Анисин забросил на 52-й, Лебедев на 54-й, Бодунов на 55-й минутах.
Тарасова можно было понять, у него в распоряжении были Михайлов-Петров-Харламов, Викулов-Полупанов-Фирсов, Блинов-Мишаков-Моисеев, не всегда Ионову место находилось, а тут эти молодые да ранние. Где они отвели душу, так это под началом Николая Семеновича Эпштейна на юниорском чемпионате Европы в Швейцарии. Вспоминая о том времени, Семеныч рассказывал, что самое большое будущее ждало Славу Анисина – по чтению игры ему мало было равных, да вообще не было, Юра Лебедев брал объемом черновой работы, и потенциал в нем тоже чувствовался отменный, «ну а Сашка был самый простецкий и самый нацеленный на ворота – хоть сейчас в основу любого клуба. Но не ЦСКА!».
На золотые медали весной 70-го ребята немного не наработали, хотя у того же Анисина в активе было 19 матчей, у Бодунова 15, Лебедев провел на один меньше. Тут Кулагину, а заодно его выдвиженцам, и подфартило – Анатолий Владимирович Тарасов временно занял пост главного тренера Вооруженных Сил, и Борис Павлович бросил в бой молодежь, без сомнения усадив на лавку нескольких титулованных ветеранов. Омоложение было слишком резким, ЦСКА начал заваливать сезон, к 17 туру отставание от московского «Динамо» составляло десять очков, в ноябре Тарасов вернулся спасать положение, и прекратил эксперименты, задвинул звено Анисина в запас до лучших времен. Лебедева с Бодуновым отправили набираться опыта в калининский СКА МВО к олимпийскому чемпиону Олегу Зайцеву, там они вместе с Валерием Чекалкиным навели шороху, и помогли команде стать чемпионом РСФСР. Все это, правда, продолжалось недолго, но обратно в ЦСКА возвращаться им, естественно, не хотелось. Им хотелось доказать, что они и сами чего-то стоят.
…Саша Бодунов за ЦСКА за два сезона не сыграл и трех десятков матчей, но забивал исправно. Он, пожалуй, был самым крепким, резким и быстрым из троицы, обладал хорошим броском, а умение юного Бодунова менять ритм отмечал еще сам Тарасов. Ребята прекрасно дополняли друг друга, однако после вынужденного расставания воссоединиться на армейской территории никакой возможности не было, но случай помог оказаться в «Крыльях» летом 1971-го под началом Бориса Павловича Кулагина, который горел желанием доказать, что неудачный опыт в ЦСКА не означает, что он плохой тренер. Одна сильнейшая мотивация наложилась на другую, и звено полетело. Это почувствовал и принявший сборную после Олимпиады в Саппоро Всеволод Бобров, бросив юнцов в бой в Виннипеге, где они удивили не только канадцев, но и наставников нашей сборной. Две шайбы в дебютном матче в ключевой встрече со сборной Канады, на их территории – такого яркого дебюта ни у кого не было.
Поразительно, но вторую свою шайбу в ворота сборной Канады, причем победную, Александр Бодунов забросит в том же Виннипеге - только два года спустя, когда сборная СССР будет проводить вторую суперсерию, теперь против ВХА. Тройке «Крылышек» предоставлялось не так уж много игрового времени, да и разбивали ее уже нещадно, и началось это еще в первой суперсерии, московская концовка которой обошлась без Бодунова и Лебедева. Вообще это и есть главная загадка – отчего всем троим тренеры доверяли не часто, причем «свои» тренеры. Кажется, создатель звена Борис Кулагин, и великий интуитивист Всеволод Бобров делали все, чтобы долго вместе ребята не играли.
На московском чемпионате мира в 1973-м вместе они провели два матча – шестой по счету со сборной ФРГ и последний со шведами. Гораздо чаще в звене Лебедева заменял Волчков, иногда – Мальцев. На чемпионате мира-1974 в Финляндии история повторилась – только два матча вместе, во всех остальных сочетания были разные. Перечислить варианты тройки в суперсерии-1974 вообще невозможно – и это при том, что сборной уже руководил «отец родной» в лице Бориса Кулагина. Тренерам, конечно же, было виднее, но… Ведь сильнее тройки в 1974-м у нас не было, она всех выносила, в том числе защиту ЦСКА и его первое звено. Зачем было постоянно дергать ребят, не очень понятно – при приблизительном подсчете в одном звене они в сборной провели десятка два матчей, не больше.
…Дело, конечно, не в предвзятости, а в жесточайшей конкуренции, заставлявшей искать от добра добра. Оставаться на самом верху было уделом не просто самых талантливых, но и самых упорных, и самых удачливых. Из всей троицы последнего качества больше всего недоставало, пожалуй, Александру Бодунову. Я не про игру говорю, тут всем хватало по серьгам – я про сопутствующие факторы. На чемпионат мира-1975 Лебедев и Анисин отправились без постоянного партнера, да и сыграли там в разных звеньях. Распад звена был предопределен тем, что сначала в сборную перестали вызывать Бодунова, а потом и Анисина.
А в сезоне 1973/1974 они были, конечно, потрясающе хороши. При наличии звеньев Петрова и Шадрина взять приз газеты «Труд» самой результативной тройке – это было круто. Привезти ЦСКА 11 очков отрыва – это казалось невозможным. Стать чемпионами за пять туров до финиша, за три сезона пройдя путь из середняков в чемпионы страны – это было красиво. Утереть нос монстрам, обладающим несравненно большим ресурсом – это было здорово.
Александр Иванович Бодунов не оставил воспоминаний – так, только реплики по тому или иному конкретному поводу. Он был человеком, не склонным преувеличивать свои бомбардирские подвиги, даром что несколько сезонов подряд, вплоть до 1977-го года, не покидал первую десятку бомбардиров чемпионата страны. «Крылья» и после ухода Кулагина какое-то время не теряли высоты, но такого блеска, как в 74-м, уже не демонстрировали, потому что не было в их составе лучшей тройки. Ее игроки и в отдельности не потерялись, Александр Бодунов держал марку – чего нельзя сказать о двух его сезонах в «Спартаке», который даже с Борисом Павловичем Кулагиным оказался совсем не его командой. И, конечно, пришлось возвращаться – если уж заканчивать в 30 лет, то лучше было среди своих.
Конечно, не наигрался, и восполнял он это, как мог, на ветеранском уровне, ближе к 50-ти (!) временно вернувшись на лед в качестве играющего тренера «Витязя». Вся недолгая тренерская карьера с подмосковным «Витязем» и связана - именно Александр Иванович Бодунов запускал команду в большую жизнь как тренер. Первый этап продолжался недолго, второй – уже где-то в середине нулевых – длился дольше, но, по большому счету, больших успехов в тренерстве добиться не удалось.
От разного рода публичных меропрятий, связанных с хоккеем, не отказывался. Снимок из Музея хоккея, где сплошь знакомые все лица, сделан в мае 2016-го. Жить Александру Ивановичу Бодунову оставалось ровно год. Легенды же не от старости уходят, а от невостребованности.
Прозвище Бодун с детства не менялось. К образу жизни оно если и имело отношение, то косвенное.
Досье
Александр Иванович БОДУНОВ.
3.06.1951, Москва – 11.05.2017, Рузский городской округ Московской области.
Карьера игрока: 1969-1970 - ЦСКА, 1970-1971 – ЦСКА, СКА МВО (Калинин), 1971-1979– «Крылья Советов» (Москва), 1979-1981 – «Спартак» (Москва), 1981-1982 – «Крылья Советов», 1997-1998 – «Витязь» (Подольск).
Достижения: Чемпион мира 1973, 1974. Чемпион Всемирной зимней универсиады 1972. Участник суперсерий СССР – Канада 1972, 1974. Чемпион Европы среди юниоров 1970. Чемпион СССР 1974, серебряный призер 1975, бронзовый призер 1973, 1978, 1980. Обладатель Кубка СССР 1974. Участник клубных суперсерий 1975-1976, 1977-1978, 1978-1979. Обладатель Кубка европейских чемпионов 1975. Чемпион РСФСР 1971.
Карьера тренера: 1998-1999 – «Витязь», ассистент; 1999-2000 – «Витязь-2», 2000-2003 – «Витязь-2», ассистент; 2005-2006 - «Витязь», 2006-2009 – «Витязь-2».
