Эдуард Одиньш: «На войну в Боснию привела жажда приключений»

Один из лучших арбитров Континентальной лиги в эксклюзивном интервью KHL.ru рассказал о взаимоотношениях с игроками, вспомнил о своей службе в миротворческих силах в Боснии и поделился секретом, как лучше успокоить Олега Знарка.

Даже если ничего не знать о роде занятий Эдуарда Одиньша, о нем вполне можно догадаться по манере вести разговор. Этот бритый наголо латыш – типичный спортивный судья. Спокойный, немногословный и подчеркнуто вежливый. Даже юмор у него – какой-то сдержанный, типично прибалтийский. Скажет смешную фразу – а улыбка в глазах проблескивает.

Такая манера поведения во многом объясняет популярность Одиньша среди игроков и тренеров. Его не боятся – уважают. Потому и является латвийский арбитр одним из главных долгожителей Лиги. В КХЛ он работает с самого её основания, а недавно перешагнул отметку в 600 проведенных матчей.

«Иногда не могу вспомнить, что было в матче неделю назад»

- Эдуард, вы ведете для себя персональную статистику – проведенные встречи, выписанное количество штрафа?

- Иногда становится интересно: что там набралось? Тогда лезу в интернет, изучаю цифры. В КХЛ статистика на хорошем уровне. Всю необходимую информацию можно легко найти на сайте. Другое дело, желание исследовать её возникает не очень часто. Обычно это происходит после окончания сезона, когда наступает пора подводить итоги.

- По ходу сезона вы судите до семидесяти матчей. Помните все досконально?

- Да что вы, иной раз я не могу вспомнить, что было неделю назад! Матчей накапливается так много, что они начинают сливаться. В памяти сохраняются отдельные, наиболее яркие эпизоды. Или самые важные поединки. К таким я отношу седьмой матч финальной серии за Кубок Гагарина между магнитогорским «Металлургом» и пражским «Львом». Уральцы тогда вырвали победу и получили главный приз. Или заключительный матч финальной серии, в котором «Трактор» принимал московское «Динамо». А ещё - мой первый финал, в котором «Салават Юлаев» играл против «Атланта».

- Когда после финальной сирены победители начинают бросать на лёд клюшки и перчатки, что чувствуете вы?

- Огромное облегчение - прямо как гора с плеч. И ещё в такие моменты очень хочется домой.

- Вы работаете в КХЛ со времени её основания. Пока игроки не узнали вас как следует, позволяли себе вольности?

- Не без этого. Тогда в командах выступало достаточно хоккеистов, которые были старше меня. И они испытывали судей на прочность. Например, могли задать неудобный вопрос на повышенных тонах. Или посетовать на пропуск удаления, указав тем самым на некомпетентность. Все-таки нынешний Эдуард Одиньш – это совсем другой человек, нежели был тогда.

- Какой рецепт существует для судьи в таком случае?

- Диалог. Хотя иногда необходимо проявить жёсткость и принципиальность. Но это зависит от вопроса игрока и его формулировки. Как тебя спросили, так ты и отвечаешь.

«Первая встреча с Сергеем Фёдоровым поразила»

- Сейчас вы - один из самых опытных арбитров КХЛ. На отношении окружающих это сказывается?

- Безусловно. Я очень благодарен тренерам и хоккеистам за то, что они относятся ко мне с уважением. Вот, к примеру, недавно один молодой игрок назвал меня Дядя Эдик. Причем обратился так на полном серьезе, без иронии. Я даже растерялся немного. Подумал: «Ну всё, дожил». Спрашиваю: «А почему дядя?». Тогда пришел черед стушеваться тому парнишке. «Ветераны команды велели к вам так обращаться», - отвечает.

- В России в знак уважения можно называть человека без имени, просто по отчеству – Палыч или Петрович. Но в Латвии отчества не приняты.

- У меня такое отчество, что язык можно сломать – Зигфридович. Пока игрок будет вспоминать его, имя забудет (смеётся).

- Вам доводилось обслуживать матчи с участием суперзвезд мирового хоккея. Кто-то из них удивил своим отношением?

- Как правило, знаменитые игроки - это люди с большим сердцем. Они не опускаются до перебранок с судьей и тому подобного. Исключения, конечно, бывают, но в большинстве своем это очень воспитанные и адекватные люди. Помню, как меня поразила первая встреча на льду с Сергеем Фёдоровым после его возвращения в Россию. Он подъехал и обратился на «вы». Представляете, звезда мирового уровня – к молодому рефери! Это стало сильным уроком на всю жизнь. Точно также вели себя Вячеслав Козлов или Сандис Озолиньш. Эти ребята много лет провели в НХЛ и, видимо, там привыкли к уважительному отношению к судьям.

- А как к вам обычно обращаются игроки?

- В основном на «ты» - это нормальная практика в хоккее. Она совсем не означает проявление неуважения. На льду проще обмениваться короткими фразами, без лишних любезностей.

«Мой голос дома практически не слышен»

- В вашем послужном списке значится и работа на женских хоккейных матчах. Это правда, что в азарте борьбы девушки ругаются гораздо больше мужчин?

- У меня нет такого опыта. Женских матчей я отсудил не очень много, и особой ругани на них не слышал. Хотя могу сказать, что на судейскую ошибку девушки реагируют более остро, чем мужчины. Они могут завестись по пустякам, но без грубых высказываний. Таким образом слабый пол вентилирует свои эмоции. Поэтому арбитр на женских матчах должен постоянно контролировать себя и давать игрокам высказаться.

- Большинство судей даже в обычной жизни – властные и жёсткие люди. Без твёрдости характера в вашей профессии никак?

- Лично я в обычной жизни – тихий, спокойный и абсолютно непубличный человек. Да и на площадке не очень люблю использовать свою власть. Просто применяю правила там, где это требуется. Так что на льду я совсем не диктатор, а уж в быту - и подавно. Дома мой голос практически не слышен.

- Неприятные слова прямо в лицо можете сказать?

- Могу. Но – тщательно подбирая выражения.

- На судейской работе вы находитесь под постоянным прессингом: трибуны давят, тренеры с игроками тоже пытаются прогнуть. Это серьезная нагрузка на нервную систему?

- Со временем привыкаешь и не реагируешь на внешние факторы так обостренно, как раньше. В результате психологическая усталость накапливается равномерно с физической. С годами ты начинаешь понимать, как нужно расслабиться: поплавать в бассейне, попариться в бане или съездить с семьей на природу.

- У вас четыре Золотых свистка, которые вручаются лучшему главному судье Лиги. Этот приз переходящий, а что остается лауреату?

- Нам вручают копию. Она намного меньше и легче оригинала, сделана из простого металла. А вот сам Золотой свисток большой и тяжелый – в том числе из-за обильно нанесённой позолоты. Пока не приходит пора его возвращать, приз обычно стоит на полке. Я любуюсь на него и стираю пыль.

«Смерть своими глазами не видел»

- Как-то вы обмолвились, что после службы в миротворческих войсках в Боснии напугать вас тяжело. Что было самым страшным из увиденного?

- Масштаб бедствия и последствия войны. Разрушенные здания, заминированные поля, покалеченные люди и изломанные судьбы. Всё это очень давило. Хотелось поскорее вырваться из этой среды и вернуться домой.

- В боевых действиях доводилось участвовать?

- Нет, мы участвовали только в операциях – проводили проверки, осуществляли патрулирование. К счастью, серьёзные ЧП обошли меня стороной. Какие-то взрывы, перестрелки были до и после, но во время моего пребывания в Боснии подобного не случалось. И смерть своими глазами я не видел.

- Как вы вообще оказались в миротворческих войсках?

- Я служил в латвийской армии и остался на сверхсрочную. Подписал профессиональный контракт, после чего уехал в Боснию на полгода. Это был неплохой способ заработать, хотя по нынешним временам те деньги кажутся просто смешными. Ещё хотелось приключений и адреналина. С годами это желание притупляется, но тогда оно было достаточно острым.

- Деньги, которые удалось заработать, окупили пережитые лишения?

- Так я этот вопрос для себя не формулировал. Но они позволили приобрести мою первую машину. И даже на свадьбу хватило.

«Со Знарком нужно уметь общаться»

- Существует ли в рамках КХЛ латвийское сообщество?

- Мы сталкиваемся только во время матчей, в жизни отношения не поддерживаем. Для этого нет времени, да и профессиональная этика не позволяет. Поэтому всё общение происходит буквально в течение минуты-другой на льду.

- Когда Олег Знарок во время матча видел перед собой именно вас, он сдерживал свой бурный темперамент?

- Знаете, в общении с Олегом Валерьевичем есть несколько секретов. Во-первых, ему всегда нужно высказаться. Поэтому надо обязательно дать такую возможность и выслушать тренера. И ещё: если имела место ошибка - признать её и обсудить возможные способы выхода из сложившейся ситуации. Все мы люди, и все можем допускать промахи.

- После сезона встречаетесь со Знарком в Риге или Юрмале?

- Если где-то его и можно встретить, то только совершенно случайно на каком-нибудь хоккейном матче. Пожать руку, перекинуться парой общих фраз – и всё. У каждого из нас свой круг знакомств.

- Неужели профессиональная этика запрещает вам выпить по чашке кофе?

- Мы все понимаем, что делать этого не следует. Кто-то может увидеть, сфотографировать – потом пойдут ненужные пересуды. Поэтому каждая такая встреча проходит по одному и тому же сценарию: поздоровались, поинтересовались, как дела, как семья – и разошлись. И судьи, и тренеры - всегда держат определённую дистанцию. Без этого в нашем деле не обойтись.

Досье

Эдуард Одиньш

Родился 29 июня 1976 года в Риге.

В Континентальной лиге работает с сезона-2008/2009. За это время в качестве главного арбитра провел 605 матчей.

Обслуживал хоккейные встречи Олимпийских игр-2002 в Солт-Лейк-Сити и нескольких чемпионатов мира.

Четыре раза становился обладателем Золотого свистка.