Арбитр Мартин Франё: «Называю всех тренеров по имени-отчеству»

Чешский арбитр, работающий в Континентальной лиге вот уже третий год, в эксклюзивном интервью KHL.ru рассказал о главных опасностях командировок в глубинку, поведал о взаимоотношениях с самым скандальным отечественным тренером Андреем Назаровым, и объяснил, зачем учит русские отчества. 

Послушать Мартина Франё – так не хоккейный судья перед тобой сидит, а проповедник. Самое популярное слово в его устах – «уважение», «респект». Впрочем, мирского наш герой тоже не чужд: компанию коллег после матча он поддержит запросто. Все это, вкупе с великолепным владением русским языком, позволяет ему чувствовать себя в российском хоккее очень уверенно.

«Холостому за границей лучше»

- Мартин, вы – один из четырех иностранных арбитров, которые работают в КХЛ на постоянной основе. Как выглядит график вашей работы?

- В течение месяца я провожу в России около трёх недель. График работы очень простой: матч – перелёт – матч – перелёт – матч. Если две встречи проходят в одном и том же городе – значит, мне крупно повезло. Тогда переезд отпадает, и между играми образуется выходной. Должен сказать, что в нынешнем сезоне руководство Лиги ведет себя по отношению ко мне очень благородно. Когда я только начинал работать в КХЛ, то проводил в разъездах 12-13 дней, а потом на пять дней отправлялся домой. Теперь командировки сократились до недели. Зато и в Чехию сейчас удаётся вырваться дня на три, не больше.

- Жить прямо в России вы не пробовали?

- Не пробовал, да и не хочу: жены для меня здесь пока не нашлось (смеётся). Кроме того, дома мне удаётся лучше отдохнуть от хоккея. В России игра не отпускает даже в выходные. Что я делаю в свободное время? Смотрю хоккей по телевизору. В Чехии возможностей для проведения досуга все-таки больше.

- Получается, женатым за границей легче?

- Смотря с какой стороны. Ты уезжаешь в поездку на неделю, а что будет делать супруга? Она-то остаётся одна – в чужой стране, без подруг. Это очень тяжело: так было у моего коллеги Антонина Ержабека, когда он работал в КХЛ. Оставить жену дома, в Чехии – тоже не лучшая идея. Что это за семейная жизнь, если видеться раз в неделю-две?! Поэтому холостым быть всё-таки лучше.

«Ругательства – первое, что узнаёшь в другой стране»

- Сейчас вы уже полностью освоились в России. А какими были первые дни?

- Переговоры о возможности работы в КХЛ начались задолго до того, как я сюда приехал. Интерес к моей персоне был настолько серьёзный, что я заблаговременно стал учить русский язык. Если о чём-то мечтаешь, нужно быть готовым на все сто. Преподавание русского в чешских школах я уже не застал: его отменили после «бархатной революции» 1989 года. Пришлось нанять учительницу и раз в неделю ходить к ней на занятия. Русский я учил с нуля в течение года. Не могу сказать, что начал бегло говорить, но понимание людей вокруг это здорово облегчило. Сейчас я могу сказать точно: решение пойти на языковые курсы было очень правильным.

Тут присутствует ещё и психологический момент. Все участники матча прекрасно знают, что судья – иностранец. И если окружающие видят, что ты говоришь по-русски или хотя бы пытаешься, это будет оценено. Может быть, даже добавит тебе дополнительного уважения. Пренебрежение к местным привычкам или традициям за границей ещё никогда никому не помогало. Зато лично у меня в жизни было немало случаев, когда открытость, коммуникативность и желание понять собеседника приносило большую пользу.

- Что в общении на русском представляло самую большую проблему?

- Разговоры с коллегами через коммуникатор. В суматохе матча их фразы воспринимались очень плохо. Особенно если ты не владеешь хоккейной терминологией. К примеру, я и понятия не имел, что такое «пятак». В чешском языке существует оборот, который можно перевести как «пространство перед воротами». Но «пятак» - что это такое, бог ты мой?! Таким выражениям меня в Праге никто никогда не учил. Приходилось специально переспрашивать, потом выучивать эти слова.

- Русские ругательства быстро освоили?

- Это первое, что обычно узнаёшь за границей (смеётся). Сейчас я ругаюсь уже по-русски, а не по-чешски. При этом хочу подчеркнуть один момент. Игроки в КХЛ в целом ведут себя очень прилично. Да, бывают выплески эмоций: они могут закричать, показать, что им что-то не понравилось. Но при этом грань практически никто из них не переступает. Игроки проявляют уважение к арбитру, и я стараюсь платить им сторицей.

«Свои ошибки нужно признавать»

- Неужели хоккеисты и тренеры на первых порах не проверяли, что можно позволить по отношению к вам?

- Проверяли, конечно. Это случается всегда, вне зависимости от страны, в которой ты работаешь. Новичка всегда прощупывают, и прежде всего – тренеры.

- Что нужно делать в таком случае?

- Сразу расставить всё по местам. Но при этом уметь признать свою ошибку. Если промах был грубым, надо найти в себе силы подъехать к скамейке запасных: «Сорри, это мой косяк!». Арбитры ведь не могут видеть абсолютно всё. Если возникает свалка перед воротами, мы не всегда способны заметить, например, толчок в спину. В такие моменты арбитры должны сосредоточиться на том, накрыл ли вратарь шайбу или нет. Нормальные тренеры в таких случаях реагируют спокойно: «Окей, вопросов нет!»

Если же настаивать на своей правоте, можно только усугубить ситуацию. Сейчас все матчи проходят под присмотром большого количества камер, каждый эпизод можно рассмотреть сразу с нескольких ракурсов. После поединка тренер всё равно убедится, что правда была на его стороне. И как он будет относиться к тебе после этого, что будет думать?

Раньше, когда я только приехал в Россию, называл всех и везде по имени. Но со временем понял, что это, наверное, не совсем правильно. Нет, никто не показывал, что ему это не нравится. Но почему бы не научиться делать так, как нужно?

- Вы можете отменить свое решение?

- Могу, сегодня нам с этим помогает видео. Просмотр повторов – отличный способ соблюсти в игре принципы фэйр-плей. Другое дело, что менять решение после ошибочного совершенного свистка – не лучший вариант. Что сделано – то сделано. И компенсировать промах нельзя. Если ты начнёшь возвращать команде то, что по ошибке взял в прошлый раз – это будет путь в пекло.

- После приезда в Россию вы чувствовали по отношению к себе зависть или ревность?

- Прямо в глаза мне этого никто не говорил. Хотя иллюзий на сей счет я не испытываю. Если бы кто-то из иностранных судей приехал в Чехию, всё было бы точно также. Это вопрос взаимоотношений, которые ты способен наладить с коллегами. Поначалу все смотрят на вас с подозрением и ждут прокола. Но со временем это проходит, и вы становитесь частью команды.

Должен сказать, что русские – очень сердечный народ. В случае необходимости коллеги всегда готовы помочь: ещё не было такого, чтобы кто-то из них отказал мне в этом. Чтобы стать своим, нужно одно – быть открытым и не отделяться от коллектива. Было бы очень плохо, если бы после окончания матча все члены судейской бригады шли в ресторан на ужин, а я оставался бы в своём номере, сославшись на усталость. Это привело бы только к самоизоляции.

«С чешскими игроками на пиво после игр не хожу»

- Вы проехали практически всю хоккейную Россию. Как вам инфраструктура?

- В принципе, условия для жизни в регионах неплохие. Вот только разница между городами очень большая. Это и понятно: в глубинке далеко не всегда можно найти такой же отель, как в центре Москвы, Санкт-Петербурга или других больших городов. Уровень кухни в ресторане менее принципиален: в конце концов, поужинать можно в любом месте. Но вот качественный отдых для судьи имеет очень большое значение.

- Минувшим летом КХЛ покинул ваш коллега Антонин Ержабек. Вам его недостает?

- Мы не очень часто работали вместе, провели всего несколько игр. Зато, когда не могли заснуть, играли в компьютерные игры онлайн. Антонин много помогал мне на первых порах. Объяснил, как бронировать билеты, показал другие важные вещи. Сейчас я стал уже самостоятельным, могу разобраться во всем сам. Мы остаёмся в контакте, в случае необходимости звоним или пишем друг другу. Но при этом каждый сосредоточен на своей работе.

Если промах был грубым, надо найти в себе силы подъехать к скамейке запасных: «Сорри, это мой косяк!». Арбитры ведь не могут видеть абсолютно всё.

- В КХЛ выступает большое количество чешских игроков, работает несколько тренеров. Вы общаетесь друг с другом?

- Если пересекаемся на матче, обязательно обмениваемся парой слов. Другого общения между нами практически нет. Не бывает такого, чтобы чешские ребята приехали на стадион и первым делом шли в судейскую поздороваться с соотечественником. Не хожу я с игроками на пиво и после матчей. Это не запрещено, но такое поведение является непрофессиональным. И потому я так не делаю.

- Несколько лет назад вы обслуживали матч Кубка Карьяла Финляндия – Россия, который проходил под открытым небом на Олимпийском стадионе в Хельсинки. Что было самым сложным во время той игры?

- Жуткий мороз. Вернее, нам тогда казалось, что было очень холодно. Термометр показывал минус 10 градусов, а то и ещё больше. Чтобы спастись от холода, мы наклеили на ноги согревающие пластыри. Прилепили их поверх ступней, чтобы ноги в коньках не коченели. А ещё обмотали свисток изолентой, чтобы от мороза он не прилипал к губам.

Из других впечатлений – на таких матчах трибуны находятся очень далеко. На Олимпийском стадионе публика располагалась метрах в пятидесяти от льда. И потому атмосфера была не такой эмоциональной, как обычно. Но всё равно воспоминания о той игре сохранились на всю жизнь.

«С Назаровым не было ни одной проблемы»

- Существует ли разница в трактовке правил между КХЛ и чешской Экстралигой?

- Очень небольшая: главное различие заключается в трактовке нарушений. В Чехии судьи гораздо чаще вмешиваются в игру. Даже в тех случаях, когда в принципе не надо бы этого делать. Например, такая ситуация: хоккеист мчится на ворота, соперник слегка цепляет его, и тот падает. А потом держится за руку, всем своим видом показывая, что получил удар клюшкой. Можно назвать это симуляцией или как-то еще… Просто такой ценой игроки пытаются заработать удаление. В Чехии судьи часто фиксируют эти нарушения. Особенно если трибуны оказывают на них серьезное давление, начиная шуметь и возмущаться. Поэтому дома коллеги предпочитают свистнуть на пару удалений больше, чем меньше. На мой взгляд, это очень вредит хоккею.

В КХЛ такого практически нет. По крайней мере, в нынешнем сезоне я таких случаев не видел. Конкуренция здесь выше, и хоккеисты знают: если они поступят так несколько раз, на их место тут же возьмут других. Потому что команде нужны голы, а не театральные этюды на льду.

- Где вам работать комфортнее?

- В России – прежде всего, из-за зрителей. Для русских авторитет – не пустое слово, и публика ведёт себя по отношению к судьям уважительно. В Чехии те, кто имеет какую-то власть, по мнению окружающих всё время принимают неправильные решения. Соответственно, если ты судья – то виноват уже априори. Только вышел на лёд – и уже не прав.

- В России тоже встречаются люди, для которых судья – не указ. Таким считается тренер Андрей Назаров…

- Знаете, после своего приезда в Россию я много слышал о Назарове. Мне все говорили: «Держи с ним ухо востро!». Так вот, я не могу сказать ни одного плохого слова в адрес этого человека. Во-первых, он всегда смотрит собеседнику в глаза – это одно из проявлений уважения. Если нужно было что-то объяснить, он всегда выслушивал меня внимательно и спокойно. Но если Назаров повышал голос, я точно знал: для этого есть повод. И точно: когда я просматривал видеозапись игры, находил там свои ошибки. Не знаю, почему за этим парнем тянется репутация хулигана и скандалиста.

Русский я учил с нуля в течение года. Не могу сказать, что начал бегло говорить, но понимание людей вокруг это здорово облегчило. Сейчас я могу сказать точно: решение пойти на языковые курсы было очень правильным.

- Вы готовитесь ко встрече с наиболее проблемными тренерами?

- Обычно перед матчем я учу имена и отчества всех наставников, с которыми предстоит встретиться. Для меня, как для иностранца, это непросто. Получается, нужно знать в два раза больше имён. Однако таким образом я демонстрирую своё уважение к тренеру. И потому всегда обращаюсь к ним на «вы».

Раньше, когда я только приехал в Россию, называл всех и везде по имени. Но со временем понял, что это, наверное, не совсем правильно. Нет, никто не показывал, что ему это не нравится. Но почему бы не научиться делать так, как нужно? Чем кричать: «Эй, ты!» гораздо лучше обратиться к человеку по имени-отчеству. Могу сказать, что в коммуникации на льду лично мне это здорово помогает.

Досье

Мартин Франё

Родился 8 декабря 1981 года в городе Пршибрам.

Впервые в Континентальной лиге появился в сезоне-2010/11, в котором провел два матча.

Начиная с сезона-2016/17 работает в КХЛ на постоянной основе. За это время в качестве главного арбитра провел 178 матчей.

Обслуживал хоккейные встречи нескольких чемпионатов мира.