Владимир Мозговой Владимир Мозговой
специально для khl.ru

17 апреля исполнилось 55 лет со дня рождения одного из самых талантливых вратарей отечественного хоккея Евгения Белошейкина.

Ворота нашего героя два вечера штурмовали Марк Мессье, Марио Лемье, Уэйн Грецки, Яри Курри и другие монстры из сборной НХЛ. Вратарю сборной СССР было всего-то 20 лет, за два матча он пропустил вроде многовато – семь шайб – но спасений было в разы больше. Потому что коленки у него перед великими не дрожали, они для него были просто соперниками, не лучше и не хуже любых других. «Рандеву» случилось в феврале 1987 в Квебеке, играли в рамках фестиваля культуры и спорта, ради этих встреч в НХЛ отменили традиционный Матч всех звезд, игры получились огненные, да иными они тогда и не бывали. Белошейкина Канада и до этого знала, а тут и вовсе восторгов не жалели: «Настоящим украшением стала битва вратарей Белошейкина и Фюра, которые по очереди делали впечатляющие сэйвы».

По количеству звезд с обеих сторон «Рандеву-1987» не уступало Кубку Канады, финальная часть которого вознесла соперничество двух великих школ на небывалую высоту. Евгений Белошейкин в силу молодости считался, скорее, будущей звездой – эра Владислава Третьяка завершилась совсем недавно, сравнения с ним никто не выдерживал, но первым в наследники записали именно Женю Белошейкина. Основным вратарем сборной СССР он стал в 19 лет, так что основания имелись – не по годам умелый, бесстрашный, авторитетов не признающий, уже опытный, да к тому же обаятельный – чем не новый Третьяк?

Никто и предполагать не мог, что славы отпущено Жене Белошейкину совсем немного – всего-то на два с половиной сезона. Что блистательно начавшаяся карьера, по сути, завершится в 25 лет. А к тридцати годам его просто забудут, да и сам он будет помнить себя прежнего разве что в минуты просветления. И судьба его будет самым убедительным примером того, как легко можно утопить талант.

Про плохое еще успеется, а хотелось бы про хорошее. Оно ведь тоже было, причем с самого начала. В хоккей Женьку отдали после того, как семья возвратилась в Ленинград. До этого жили они на Сахалине, отец был директором спортшколы, и феерил сын в горных лыжах, подавая большие надежды. Впрочем, и в игровых видах у него все получалось легко. В Ленинграде отдали в хоккей потому, что надо было отдавать в какую-нибудь спортшколу. И первый в жизни Белошейкина хоккейный тренер Евгений Тоболкин после первых занятий сказал, что его новый подопечный будет игроком национальной сборной СССР.

Все признают, что талант был действительно сумасшедший: в его поколении равных Белошейкину не просматривалось. В воротах он себя чувствовал абсолютно органично, ему хватало реакции и координированности, чтобы мгновенно усваивать то, для чего его сверстникам требовались месяцы и годы. Я ничуть не преувеличиваю – во многом благодаря Белошейкину сборная СССР выиграла два юниорских чемпионата Европы, а также два молодежных чемпионата мира. На молодежном уровне он провел три турнира (между золотыми наградами была еще и бронза), одержав победы в 13 встречах. В 1986 году его признали лучшим вратарём турнира, а много лет спустя, когда выбирали символическую сборную СССР за все годы существования молодежных чемпионатов мира, под номером первым прошел именно Белошейкин. Не в России назвали. Это в Канаде отдали дань незаурядному таланту сахалинского самородка.

Место в рамке СКА он занял, будучи еще в юниорском возрасте. За взрослую сборную впервые сыграл в декабре 1985 года, потом отправился на молодежный чемпионат мира, а взрослый чемпионат-1986 провел основным вратарем. Это был первый выигранный чемпионат мира после Владислава Третьяка, да еще в Москве. Ну и кого еще было назначать «наследником», как не Белошейкина?

Конечно, он уже играл за ЦСКА, куда его забрали в 1984 – Третьяк заканчивал, Белошейкин начинал, преемственность была налицо. Так все думали – кроме тех, кто догадывался, что гладко не будет. Возможно, догадывалась мать – волновалась, отправляя 17-летнего Женьку в Москву. Ее успокоили: ЦСКА – это же армия, там дисциплина, там Тихонов! Но не всякого хоккейного воина дисциплина сдерживала, а кому-то она в достаточно жестком варианте была вовсе противопоказана.

Впрочем, никаких сведений о проблемах Белошейкина в первые год-два в ЦСКА и сборной не имеется. Да и некогда ему было своевольничать, просто времени на глупости элементарно не оставалось – во втором сезоне он уже был первым номером и в ЦСКА, и в сборной, даже в двух сборных.

А что было на душе у этого парнишки, мы и вовсе не знаем. Судьба улыбалась ему так, как мало кому. Но Третьяк в его возрасте уже осознавал меру ответственности, и все подчинил карьере. Белошейкин был из другого теста, самоограничение его тяготило, жизнь в хоккее требовала разрядки, а разряжаться цивилизованно он не успел научиться. Пока все хорошо было на льду, на проблемы «наследника» не обращали внимания. Два сезона он безоговорочно был номером первым советского хоккея, в сборной выигрывая конкуренцию у Сергея Мыльникова, в клубе – у Александра Тыжных, которые были и старше, и опытнее.

После триумфальной Москвы-1986 было классное «Рандеву» в Квебеке, а затем Вена-1987 – один из самых странных чемпионатов мира, на котором сборная СССР разнесла всех на предварительном этапе, а финальный этап начала с нелепейшей нулевой ничьей со сборной Канады. Все было поправимо, но гол Томаса Сандстрема на последних секундах привел матч со шведами к ставшей роковой ничье, Канада шведам почти не сопротивлялась, и при равенстве очков со сборной СССР «Тре Крунур» оказались выше по дополнительным показателям. Белошейкина, который провел все десять матчей от звонка до звонка, никто не упрекал, но некоторую оторопь от страннейшей неудачи чувствовали все. Состав-то был едва ли не сильнейшим за все годы, символическую сборную можно было называть заранее: Фетисов – Касатонов, Макаров – Ларионов – Крутов.

Кубок Канады-1987 с потрясающим финалом и хоккеем, признанным лучшим в истории, мог стать триумфом Жени. Но не стал – тренеры в самых важных матчах предпочитали видеть в воротах Сергея Мыльникова. Белошейкин вышел во втором матче финальной серии, который сборная СССР проиграла в драматической борьбе, и в решающей встрече ворота снова защищал Мыльников. Сергей тоже пропустил шесть шайб, но дело было в разном уровне надежности. Белошейкин это качество понемногу утрачивал.

В довершение всего за несколько дней до вылета в Калгари-1988 в самом конце тренировки на ногу Белошейкину упал партнер. Перелом поставил крест на олимпийских надеждах. Женю оставили в команде, но помочь он ей не мог. Белошейкин стал олимпийским чемпионом, но золотую медаль ему не вручили. Это было, мягко говоря, непедагогично – с учетом того, что Белошейкин не был виноват в инциденте, а в подготовку команды внес большой вклад. И звания «заслуженный мастер спорта» ему не дали – сочли, наверное, что молод еще, успеет стать заслуженным.

Не успел. Когда карьера покатилась под гору, расстроилась и продолжавшаяся недолго семейная жизнь. Конечно, в беде его не бросали, но похоже, с воспитательными мерами и лечением запоздали. История с олимпиадой добавила негатива, сезон был испорчен, следующий тоже продолжался ни шатко ни валко. У ЦСКА на исходе 80-х проблем хватало и помимо Белошейкина, и дошло до того, что избавились от «наследника Третьяка» с облегчением.

В Ленинграде он помог родному СКА достойно сыграть против «Вашингтона» в рамках европейского турне, все можно было начать сначала. Но в СКА сдерживающих факторов было меньше, чем в Москве. Три матча в одном сезоне, три в другом – вот и весь актив. Прилет в Эдмонтон стал, скорее, актом отчаяния, но попытка перезапустить карьеру обернулась только мучениями в фарм-клубе. По возвращении не заладилось не только в СКА, но и в «Ижорце». После убийства отца все у Евгения Белошейкина вообще пошло под откос. В середине 90-х невозможно было поверить, что этот человек совсем недавно приводил в восторг лучшие хоккейные арены мира. Попытки вернуться если не в игру, но хотя бы к нормальной жизни, были, но они оказались слишком короткими.

Ему было всего 33 года. Но запомнили его совсем юным, и не случайно на Богословском кладбище на памятнике над могилой крупно написано: «Женя Белошейкин. Вратарь сборной СССР». И это сущая правда.

Досье

Евгений Владимирович Белошейкин.
17.04.1966, Сахалинская область – 18.11.1999, Санкт-Петербург 
Карьера игрока: 1983-84, 1989-91 – СКА (Ленинград), 1984-89 – ЦСКА, 1991-92 – «Кейп Бретон» (АХЛ), 1991-93 - «Ижорец» (Колпино). В чемпионатах СССР – 130 матчей.
Достижения: олимпийский чемпион 1988; чемпион мира 1986, серебряный призер 1987; чемпион мира среди молодежных команд 1984 и 1986, бронзовый призер 1985; чемпион Европы среди юниоров 1983 и 1984; финалист Кубка Канады 1987; чемпион СССР 1986, 1987, 1988; обладатель Кубка европейских чемпионов 1984, 1985, 1986, 1987; обладатель Кубка СССР 1988.

Владимир Мозговой Владимир Мозговой
специально для khl.ru
Поделиться
Прямая ссылка на материал
Распечатать